Так, вон приметы места… уже близко совсем. Платон полез в карман, вытащил оттуда коробочку, из коробочки крошечный пузырек с откручивающейся пластиковой крышкой. В пузырьке ярко‑оранжевая жидкость — «грелка». Если ты совсем продрог, так что уже «маму» сказать не можешь, трясет тебя и колотит — глотни такой сразу до дна. И через тридцать секунд все как рукой снимет, будто и не мерз. Другое дело, что больше одного раза в сутки «грелкой» пользоваться не следует, рискуешь просто свалиться. Там не столько магия, сколько эта штука резко мобилизует все силы организма. Если увлечешься этим делом — силы просто закончатся.

Вон маленькая лощинка слева от дороги — оно. Это уже граница, сломанное колеблющееся пространство. Я совсем сбросил скорость, потом остановился.

— Ждем.

Прицел с рунами, ищем враждебные ауры. Не у каждой твари вообще аура есть, но у большинства.

Встал на подножку кабины, медленно повел объективом по окрестностям. Во‑он там, за скоплением странных синих деревьев, что‑то есть, сразу несколько пятен, причем льдисто‑белого цвета. Твари Стужи…

Больше не вижу ничего. Твари далеко, в нашу сторону вроде бы не направляются.

— Сань, дай чехол с винтовкой…

Взял, открыл, достал из него не слишком длинную винтовку с оптическим прицелом и патронташем на прикладе — «Ruger Guide Rifle». Чуть укороченная версия их модели М77 Hawkeye для «гайдов», то есть охотничьих проводников, которым с такой удобно страховать клиента, охотящегося на «big game»[1] вроде кодьякского медведя. Калибр хоть куда —.375 ruger. Бьет кувалдой, молот Тора просто.

Твари Стужи… Снарядил трехзарядный магазин зажигательными патронами, один загнал в ствол.

— Занимаем позиции! Основная опасность на два часа. Платон, давай, пошел!

Дмитрий выпрыгнул из машины, вскарабкался на сугроб, опустился на колено, взяв винтовку на изготовку. Саня выбрался на противоположную подножку, в руках какой‑то амулет в виде трубы с кольцами. А Платон просто подтянул рюкзак, надел широкие плетеные снегоступы, взял дробовик поудобней да и направился в сторону границы.

«Дверка» здесь узкая, ее знать надо, Платон к ней просто «причувствовался», так что тянет его туда безошибочно, а другой кто скорее и не отыщет, даже если стараться будет. Еще одна страховочка для нас, так сказать.

Так, что‑то пятна за деревьями зашевелились как‑то по‑нехорошему. Я поудобней уложил винтовку на крышу, сам уперся левой ногой в крыло. Красная точка «файр‑дота», пристроившаяся в центре перекрестья, замерла, уловив какое‑то движение за елью. Туда метров триста с малым, я здесь давно все расстояния промерил, так что поправки возьму автоматом.