— Сидор, зачем нам вообще сдался этот портал? Не лучше ли продолжать усилено ходить в поиск? В Лоске хоть выгода очевидна! — полюбопытствовала красотка у неожиданно оказавшегося лидером небольшой группы невзрачного юнца.
— А как же азарт? Вдруг нам суждено разбогатеть сегодня, а мы даже не попытаемся ничего предпринять. Нет уж! Лучше буду спать спокойно и не думать об упущенных возможностях, — ответил бывший очкарик и подумал, — «Слай ни за что не пропустил бы подобную авантюру, потому и я не стану».
Нужно сказать, что канувший в лету друг, стал для Лукошко объектом для подражания. Именно пропавший без вести сорвиголова научил его самому важному — не дрейфить и верить в свои силы. И пусть с момента их последней встречи прошло уже более двух лет, но сын архивариуса часто вспоминал о пусть и взбалмошном, но сделавшем из него человека знакомом.
— Сидор… Сидор… — имя выдалось Мире знакомым, — Точно! Так звали друга моего «жениха». Его отец еще работал в библиотеке и знатно закладывал за воротник.
На память княжна никогда не жаловалась. Встретив потенциального земляка, она очень обрадовалась. Впервые за последние несколько месяцев столь искренне — положительные эмоции посетили Мирославу. Не став себя сдерживать, девушка ускорила шаг и приблизилась к гутарившей ни о чем молодежи.
Нужно отдать должное их предводителю. Он мигом насторожился, словно почувствовал чужое внимание. Не слишком опытная последовательница Септонии и не заметила, что зона отчуждения вокруг трио образовалась не просто так.
Лукошко применил одно из скопированных им заклинаний —эгиду извечной пустоты . Данное заклятие вызывало у людей чувство дискомфорта и на интуитивном уровне заставляло держаться подальше. Поэтому Сидор и удивился, что кто-то, не ощущавшийся достаточно сильным, умудрился пройти сквозь своеобразный охранный круг.
— Вы из Велграда? Или я ошиблась? — обратилась к нему сногсшибательно- красивая, беловолосая монахиня.
Чье великолепие затмило даже привлекательность Ксении. От чего зеленоглазка вмиг надула губки и нахмурилась. Девушка привыкла выгодно оттеняться Мией. Конкуренция для нее была внове.
— Да… Мы оттуда, — осторожно, еще не зная с кем имеет дело, все же не стал скрывать правду Лукошко.
Княжну он не признал. После инициации ключ-камнем Мирослава изменилась. Да и прошедшие годы внесли свою лепту. Помимо всего прочего, Сидор являлся представителем низшего сословия, а потому не смел таращиться на дочь государя. Однако нужно отметить, что лицо обратившейся к нему прелестной священнослужительницы тоже показалось ему знакомым.