— Если все так, как ты глаголешь, то откуда там взялась непутевая Ульянка? Мой сын сгинул в Крабовых горах, а вот твоя никчемная дочурка уцелела! Кроме того, проведённое мною расследование установило, что друза стабилизации и портальные арки разрушились от выброса шакти смерти. Всем известно, что ты якшаешься с Темным Ковеном. Уж не продался ли ты некромантам за спасение собственного чада? А людей в жертву принёс! — злобно вызверился на гетмана глава Мушкетчиков, Семиполк Ярох, по прозвищу Окаянный.
Неудовольствие и ненависть обличителя можно было понять. Мало того, что подотчетный ему Квадрат был разрушен, а весь гарнизон пропал, даже трупов не осталось. Так ещё и единственный наследник нашёл кончину в уничтоженном регионе Лоска. Подобные два события к ряду грозили не только огромными расходами на восстановление и вызывали душевную боль, но и могли привести к смещению столь неудачливого командира. Ватажники верили в фортуну и шли за баловнями судьбы, а не за страдальцами.
После выдвинутого обвинения Окаянный перешёл к действиям. Он снял с пояса колесчатый пистоль и направил на мнимого предателя.
— Предлагаю, поместить ублюдка под арест и допросить, как следует, посредством магии — пусть расскажет правду! — выплюнул Семиполк.
— Пукалку убери! — ничуть не испугался Беар и поудобней перехватил свой дрын. Пистолета недруга он не боялся. Дело заключалось в том, что ручное стрелковое оружие было слабо. Септония не выдавала производственных карт продукта на слишком сложные машинки смерти. Одним из самых мощных из них считался находившийся на вооружении имперской армии пулемёт «максим», каждый выстрел из которого обходился казне в несколько золотых. Различные же варианты ружей и пистолетов были все, как один, гладкоствольные и однозарядные, а для инициирования полёта пули использовался насыпной магический порох.
— Будет вам! — смело встал между рассорившимися ушкуйниками седой, худосочный старичок, единственный среди собравшихся, кто принёс вместо оружия мирный предмет — книгу.
Смутьяны поутихли. Предводитель магоинженеров Матвей Дронов, по кличке Голова, являлся одним из самых уважаемых ватажников. Об его могуществе и говорить было нечего. Обеспечение Сечи напрямую зависело от такого неказистого с виду человечка.
— У нас война на носу! Ампиратор всеобщую повинность обьявил, а мы междоусобицу затеваем, — пояснил вмешательство Дронов.
Оставшиеся трое полковников согласно закивали макитрами. Набольшие Мореходов, Пластунов и Пушкарей пока соблюдали нейтралитет. Малую Раду собрал Ярох. Он воспользовался правом главы куреня и обьявил гетману импичмент.