Внезапно виски прострелило. И он вырвал прямо себе на грудь. Хорошо желудок был пуст. Вместо кусков не переваренной пищи перед носом красовалась жалкая кучка склизких багровых соплей.
— Сукровица от внутреннего кровотечения, — пришла ему в голову мысль.
Телу требовался отдых, а Слаю время, чтобы разобраться в происходящем. К счастью, самозваный хозяин не был совсем уж конченым идиотом. Старик, наконец, отстал. Да еще и сообщил важную информацию:
— Полежи пока. Приди в себя. Возвращаться с того света нелегко.
Произнеся эту фразу, старый черт к великой радости «свалил в туман». Шаркая ногами, дегенерат добрел до своего угла, а там упал на топчан, завернулся в наваленную кучу тряпья и захрапел. Похоже, агрессии со стороны узника новоиспеченный повелитель нисколько не опасался.
Слай же постарался абстрагироваться от крайне плохого самочувствия и спокойно проанализировать обстановку. Постепенно боль утихала. Подобно кусочкам мозаики обрывки разрозненных знаний занимали надлежащие места в черепной коробке. К сожалению, воспоминания о том, кто же он и как сюда попал, так и не пожелали вернуться. Но хоть стало ясно, что Слай занял чужое тело, и что данная ситуация для него совершенно нормальна. Никаких внутренних противоречий по этому поводу не возникало.
Информация вливалась дозировано и прерывисто. Остальное оставалось на уровне догадок и ощущений. Но опять- таки, подобное ему было привычно. Никакой паники, только трезвый расчёт. Как оголодавший волк, он бросался на скрывающий его прошлое барьер в надежде сломать и развеять мешающую преграду.
Минут через десять Слай понял, что мозговой штурм необходимо прекратить, иначе опять вырубится. Но бездельничать было не в его духе. Вместо ментальных упражнений он начал исследовать доставшееся вместилище.
Результаты не впечатлили. Ему досталось слабое и покалеченное тело. Еще и с едва заросшей дыркой в районе правого виска, а также с голубиное яйцо гематомой на затылке. На груди красовалась неказистая татуировка.
Вселенца переполняла уверенность, что раньше его организм был намного совершенней, а сам он имел гораздо большую силу и могущество. Особенно расстраивал тугой чёрный ошейник на шее.
Мужчина в теле паренька мог бы поклясться, что до того, как он согласился стать «холопом», данная штуковина на нем отсутствовала.
Слай напряг пальцы и попробовал разорвать овеществлённое доказательство своего рабского положения. Попытка провалилась. Ладонь обожгло болью, а руку осушило по самый локоть. Похоже, от ненавистного артефакта избавиться было не так просто. Очевидный вывод подтвердило и возникшее перед глазами сообщение: