Вайсбейн криво ухмыльнулся:
— Или риск не получить ничего. Товарищ Рокотов, а не лучше ли нам переговорить без посторонних?
Полковник угрюмо засопел, но промолчал. МИДовец развел руками:
— К сожалению, или счастью, так не получится. Скажите спасибо вашим друзьям.
Резидент еле сдержался от вопроса. Все равно соврут или не ответят, а он откроется. Нет, козыри следует держать до последнего. Службист все это время буравил гостя темными глазками, видимо, ожидая, как тот отреагирует на сообщение. Не дождавшись, полковник процедил:
— Я бы не советовал тебе ожидать помощи от них или Соловьева.
Ага. Наших, значит, они не взяли, но обиду затаили. Зная Мишу и особенно Сеню, вангую, что подлянок те успели местным дебилам в форме накидать достаточно.
Рокотов представляет довольно сильный клан в правительстве СССР, мечтающий о более тесном сотрудничестве со странами Европы. Точно! Он покупал у Лома ценные вещи небольшого объема, которые можно вывести дипломатической почтой и выгодно продать заграницей. Неужели готовит там запасной аэродром? Дуболом из их спецслужбы. Раз такой злой, то значит, его сотрудники явно оплошали. Боится лишь непосредственного руководства, получается, служил где-то выше и имеет некоторый опыт большой власти. Соловьев? Инструктор ЦК КПСС, некая третья сила. А противостоит им могущественный МГБ. Они все его боятся до усрачки, потому меня из больницы выкрали и держат здесь. Сюда посторонним хода нет. Даже гэбистам.
«Ну что ж, начнем!»
— Ребята, давайте закончим этот балаган. Вы скажите, что хотите от меня, и что сами сможете предложить. Тогда и начнем разговор. Товарищ Рокотов, если вы имели дело с товарищем Ломакиным, то представляете уровень возможного сотрудничества.
Как ни пытался МИДовец сохранять хладнокровие, но в момент упоминания местного резидента глаза его блеснули. Лицо полковника заходило желваками. Он с предельно мрачным видом повернулся к хозяину кабинета, дождался его согласия и цедя сквозь зубы, высказался:
— Все это пока слова. Но нам известно лишь одно. После нашей крайней встречи с гражданином Ломакиным он сам исчез бесследно, как и задержанный органами неизвестный агент. При этом погибло несколько сотрудников МГБ, а государству нанесен весьма серьезный ущерб. Так что в вашем случае я бы вел себя корректней. Во избежание!
Наезд, пусть и в вежливой форме был засчитан. И глаза Вайсбейна уставились на Рокотова. Тому решать. Дипломатическое прошлое возобладало. Это только военные и менты любят лезть вперед, не разбираясь и не слушая разведку. МИД привык работать несколько по-иному. Моложавый блондин, наконец, решился: