— Рад тебя видеть, Семен. После твоего отчисления из МАС мы, к сожалению, больше не виделись. Очень прискорбно, — картинно вздохнул Михаил.
Юсупов в любой ситуации остается Юсуповым. Вывести из равновесия после чего ждать удобного момента для нанесения молниеносного удара. Если не получится затихнуть до следующего удобного момента.
— Зачем ты искал встречи со мной? — попытался взять инициативу в свои руки Семен.
— У тебя большие проблемы и я…
— Пришел позлорадствовать?
Как не старался себя сдерживать Семен у него не получилось отвечать без эмоций.
— Лишь протянуть руку дружбы в сложный момент, — улыбнулся довольный Михаил Юсупов.
— Я знаю тебя слишком хорошо, чтобы поверить в это. Что тебе надо, Юсупов?
— Все, что у тебя есть, Семен. Взамен ты получишь дружбу и защиту клана Юсуповых…
— Мне не интересно твое предложение, — резко поднялся Семен.
— Орден не прощает ошибок… К тому же, император видит вашу слабость и может воспользоваться моментом. Ты уверен, что он все простил клану Долгоруковых, которые так долго держали его за горло? — с усмешкой спросил Юсупов.
Доклад разведки говорил о подготовке к скорой передислокации нескольких полков гвардии императора из-под столицы в южном направлении. Направление удара мало у кого из командования клана вызывало сомнение.
— Времени тебе до ближайшего совета кланов. Пока мы готовы разговаривать с тобой как… с равным позже условия серьезно изменятся.
— Я подумаю над твоим предложением. Чаю, вина? — подавил вспышку гнева Семен.
— Спасибо, но нет. Никогда не нравилась продукция Ордена… а ты хорошенько подумай, Семен. Все же это в твоих интересах, — натянув улыбку Михаил Юсупов покинул кабинет.
Молодой глава клана Долгоруковых грязно выругался стоило только гостю выйти. Еще совсем недавно он думал, как будет использовать Тимофея Соколова и других наследников кланов, а теперь ему ставят жесткие условия «сотрудничества». Жизнь оказалась куда сложнее, чем он думал раньше.
Глава 24
— Холмский, твое исцеление ни черта не помогает. Лучше налейте мне еще бокал вина, — недовольно скривился Кирилл Романов.
Наша группа после последнего испытания наполовину потеряла в боеготовности. За один день даже регенерация владеющих не справлялась с повреждениями физической оболочки, не говоря уже про аурные повреждения. На данное лечение я и сливал всю свою энергию стихии Земли.
Полина, зарастив раны Русина, помогла Воротынскому и своему герою, а мне достался самый тяжелый пациент. Хуже всех себя чувствовал Романов после встречи со старшим элементалем Огня. Над ни я трудился больше пяти часов, чтобы убрать повреждения, нанесенные духовной оболочке. Вообще убивать у меня как-то лучше получается.