Девушка сразу поддержала прабабку, когда та озвучила поступившее из Талеи предложение. Не из меркантильных интересов. Вспомнила, как закаменело лицо старой женщины, слушавшей отчет следователя о гибели внука.

Бывший столичный особняк рода Тар теперь принадлежал Лаару, не менее бывшему руководителю Тайной службы. За время своего пребывания на высоком посту чиновник собрал внушительную коллекцию врагов, большей частью благодаря собственной неосторожности, и теперь, после отставки, его недоброжелатели зашевелились. Девушка не интересовалась, с кем она сегодня должна встретиться, имена не столь важны, — их знала баронесса, и этого достаточно. Она просто намеревалась помочь врагам убийцы ее родственников получить щедрую плату и сколь можно скорее вернуться к семье.

С магической точки зрения здание и территория вокруг него по-прежнему находились во владении рода Тар. Заложенные при строительстве системы считали хозяевами только прямых потомков своего создателя и никого более, напрочь игнорируя купчие, королевские указы и потуги современных чародеев. Осматривавшие здание жрецы честно признались в своем бессилии, спасовав перед мастерами ставшей легендой эры. Все, что они смогли сделать, — это нанести дополнительный слой поверх уже существующей защиты и посоветовать не впускать Таров внутрь ограды. Причем на фоне мощи изначальных заклинаний новенькая «заплатка», говоря откровенно, казалась смешной детской поделкой.

Поэтому Иллитисса приехала в Талею.

— Нам еще долго идти?

— Мы уже пришли, мессена. — Проводник легко различил тихий шепот и сразу ответил. — Осторожнее, здесь ступеньки.

Первым по лестнице поднялся Эмерик, капитан стражи и старший ее восьми телохранителей. Именно ему, человеку в прямом смысле верному до костей, баронесса поручила безопасность правнучки. Эмерик являлся реальным командиром маленького отряда, и Иллитиссе было настрого запрещено спорить с его распоряжениями. Поэтому в небольшой подземный зал, ставший необычайно тесным для двух групп вооруженных мужчин, девушка вошла только после разрешающего знака.

Похоже, их давно ждали, потому что проводник принялся многословно извиняться за задержку. Однако долго говорить ему не позволили. Коротким движением руки предводитель встречавших отмел несущественные, с его точки зрения, оправдания и обратился к Иллитиссе:

— Пусть стоящие над миром проложат тебе достойный путь, наследница славного рода. Зови меня Картом, и я осмелюсь вопросить: примешь ли ты дары дружбы из моих рук?

Девушка тихо порадовалась, что стоит, опираясь на руку одного из спутников. Стоило мужчине заговорить — и она испытала сильное желание склониться перед вышестоящим, удержалась от которого с трудом. Ее тоже учили говорить так, подавляя, мгновенно доказывая окружающим право на лидерство, но у этого благородного явно были лучшие учителя. И куда больше практики.