На уход крепостных управляющий отреагировал быстро. Первым делом он передал приметы беглецов страже, в чью обязанность входила проверка подорожных и поиск разного рода преступников — в том числе ушедших от хозяина крестьян. Дальше управляющий накатал слезное письмо своему господину, жалуясь на недород, кару богов и наместника Сына Моря в провинции, плохо исполняющего свои обязанности, вследствие чего нежить расплодилась сверх меры и всяческого разумения. Получив сие сообщение, находящийся в столице дворянин отправился к своему другу, такому же лоботрясу, только сыну министра Красных Шапок, и попросил поспособствовать решению проблемы. Сынок возбудился и, раз уж деревенька находится относительно недалеко, предложил отправиться на охоту. Затея была с восторгом встречена сложившейся компанией «золотой молодежи», однако о ней не вовремя прознал папа и принял соответствующие меры — великовозрастного балбеса запер дома, а о происшествии сообщил хорошим знакомым из Тайной службы. Естественно, словам чиновника такого уровня уделили особое внимание. И послали самое совершенное, самое безотказное свое орудие, которое гарантированно устранит проблему: Селесту.
«Здесь нужна не я, а хороший отряд ловцов, — с легким раздражением думала вампиресса, осматривая очередной двор. — С сетями, капканами, приманками, манком и прочим охотничьим инструментарием. Хотя в первую очередь следовало бы, как раньше, отобрать деревню в казну, местных стражников отправить служить на границу, а управляющего отдать под следствие. Донос, что ли, накатать? Толку-то».
Сделав еще пару шагов, Селеста остановилась. Костеройки ориентировались в пространстве, воспринимая вибрации почвы, причем исследователи Академии оценивали их чувствительность очень высоко. Двигалась ночная охотница легко — намного тише, чем самый подготовленный человек, — однако напасть на нежить неожиданно она не сможет при всем желании. Зато и костеройка не имеет шансов незаметно подобраться к старому вампиру. Восставшие с первой минуты нового существования превосходили смертных в силе, ловкости, тонкости слуха, и со временем их способности возрастали. Пропорционально частоте использования и целеустремленности неофита. Селеста с первых дней после-жизни стремилась совершенствоваться, изучала воинское ремесло и немногую оставшуюся магию, по крупицам собирала сведения о своих новых возможностях, нежно лелея каждую полученную частичку знания, — и теперь считалась сильнейшей. Причем совершенствоваться она предпочитала в такой непростой области, как человеческая душа…