Левую часть моего лица и шлем обожгло Туманом. Ожог адски болел, однако я пер вперед, невзирая на препятствия. Лиетарис прихрамывала, получив серьезную рану ноги. Ульдантэ схватила еще одну стрелу — на этот раз в бок. Лунная двигалась не так шустро, как в начале боя. Домового всего потрепало Туманом. Его Барьер несколько раз пробивали. Одежду и доспехи его изорвало, магические сгустки оставили глубокие ожоги и местами проели плоть. Выглядел чародей неважно, но держался.

Мы потеряли двоих нирдхолдцев. Воитель и еще один оставшийся боец кое-как держались, но тоже получили Туманных оплеух.

В общем, потрепало нас изрядно, но мы были близки к основной цели. Отряд приблизился к главному залу храма, в центре которого на специальном постаменте лежал черный как ночь отполированный щит. От артефакта исходили необычные магические эманации. Зона вокруг щита была чиста от излучения Тардиса.

Хорошо, что культисты не стали перепрятывать артефакт, понадеявшись на оборону. Хотя мы бы все равно отыскали его в Аббатстве по магическому фону. Разве что времени бы потратили больше.

Оставалось продавить последний рубеж обороны, сломить сопротивление наиболее стойких Туманников, и артефакт будет у нас в руках.

— Видишь, Аурифи, на что способны смертные, если зажать их в угол! — произнес я, морщась из-за пульсирующей боли на лице и во множестве других мест.

Левый глаз видел плохо из-за попадания Тумана. Лицо жутко болело. Но мы продвигались вперед с упорством обреченных.

— Сзади! — предупредила ученица.

Со стороны врат, через которые мы прошли, выстрелил тонкий серый мутный луч. Удар пришелся в Ниуру. Красная эльфийка вскрикнула, быстро обернулась и прикрылась огненным щитом. Однако серый луч пронзил защиту и ударил в цель. Ниуру издала болезненный стон и рухнула на пол. Правая рука эльфийки укатилась в сторону. Луч срезал ей конечность в одно мгновение.

Мы повернулись назад. У входа стоял Паульссен.

Покрасневшие глаза инквизитора светились, источая серый туман. Перед ним висел тонкий, но очень плотный щит из Туманной стихии. Ни столь тонкого луча, ни подобного аккуратного барьера я до этого не видел ни разу. Ни у сильнейших одаренных Чистильщиков, ни у себя. Туман — коварная и непредсказуемая стихия. Нельзя ее сжать или заставить бить аккуратными сгустками. Щит или снаряды непременно расплывутся в полуаморфную массу.

Паульссен каким-то образом сумел создать очень плотный, высококонцентрированный Туман, благодаря чему луч из него разил не хуже скрещенных Лучей Света, а барьер отлично держался против любых ударов.