— Наставник, просто ты тратил все осколки и золото на нас, — пояснила Лейна. — Мы стали намного сильнее, чем были раньше. Я и не думала, что к тринадцати достигну зеленого ранга. Поэтому мы и есть твое состояние, наставник!

— Спасибо за поддержку! Хотя я предпочел бы видеть состояние в твердой валюте или в недвижимости. Люди и эльфы — вложение ненадежное, если их нельзя продать. Сбежите, и поминай как звали все мои «сбережения». Поэтому оковы подчинения намного надежнее.

— Есть и более прочные оковы на свете, — произнесла Ульдантэ безликим тоном.

Я приподнял бровь, ожидая продолжения, но Лунная не стала заканчивать свою мысль. Видимо, просто сболтнула первое, что пришло в голову. Я не слышал о том, чтобы в продаже появлялись новые партии ошейников или иные артефакты подчинения. На Шимтране использовались те же методы.

— Вы только поглядите: три серебряных за пинту настойки! — разорялся Бьярнум. — Я же говорил вам: в Арьяджи живут настоящие живодеры! Изверги!

— Так вот почему тебе не нравятся местные, — дошло до меня. — Повышают цены на время Ярмарки?

— Ладно повышают, так они задирают их до небес. Даже Боги восхищаются жадностью прохвостов Арьяджи! — продолжил ругаться конунг.

Встречались в городе представители людских королевств, в том числе империи Нуэз. Также шастали и Туманники, проверяющие лицензии у работорговцев и следящие за порядком. На меня обращали внимание, но что-либо предпринимать не спешили. Очевидно, они не знали заранее, что я появлюсь в Арьяджи, поэтому как следует не подготовились. А может и бросили попытки меня уничтожить. Впрочем, вероятность такого исхода невелика. Нуэз, быть может, и отступится, а вот Аурифи точно возжелает довести дело до конца. Избавиться от надоедливого Хорана Мрадиша.

Я не собирался уходить в отшельники, становиться изгоем и жить в какой-нибудь глуши. Если Чистильщики и нуэзийцы нападут, значит мы будем сражаться. Все просто. По крайней мере, в Арьяджи действовало перемирие.

— Бьярнум! — зычный голос прогремел вдоль торговых рядов. — Ты все-таки приперся на Ярмарку. Еще и своих тощих буйволов приволок, небось!

— Харстед, дурная твоя голова! Да наши буйволы — настоящие гиганты в сравнении с вашими дохлыми тушами! — возразил конунг.

Разразилась громогласная перепалка. Солдаты подсказали мне, что Харстед являлся конунгом другого поселения на юге Вольных Городов, которое специализировалось на скотоводстве. Называлось Дилавердо. Там тоже имелись сильные точки Резонанса, позволяющие развивать осколки у людей и животных.

— Дилавердо спит и видит, как Нирдхолд разорится, — поиграв желваками, заявил боец, пока конунге соревновались в остроумии. — Они насылали болезни на наши стада, отправляли монстров и охотников. От них одни проблемы!