— Самое главное, что обитель у меня уже есть, — я усмехнулся, — а значит, пора готовится к драке. Род, ты же понимаешь, что вам всем придется использовать свои аватары? Тут я буду драться без вас, но в реальном мире кому-то придется сдерживать мощь врага. Скорее всего, Могильщик придет не один, а с целой армией. И хоть люди готовы объединиться, однако вы как боги должны быть в первых рядах. Это, кстати, полезно и для вас, люди, увидев в своих рядах аватаров, еще охотнее будут молиться вам, так как будут знать, что в следующий раз, когда придет беда, они будут не одни.
— В твоих словах есть резон, — верховный был вынужден со мной согласится, — что ж, значит, мы там будем. А если кто-то будет против, что ж, встреча с Хранителем — это тот аргумент, который не перебить ничем.
* * *
Измерение скверны.
Фаргейр выпустил измененный огонь, уничтожив очередную тварь, и расплылся в широкой, безумной улыбке. Он уже давно потерял счет времени, и единственное, что держало его сознание на плаву, это мысль о мести. Именно благодаря ей он до сих пор не сошел с ума, хотя временами пелена безумия накрывала его, и тогда все вокруг превращалось в пепел.
Вдруг пространство рядом начало трещать, и Фаргейр схватился за свой самодельный топор. Его он создал из челюсти какой-то твари, она оказалась достаточно крепка, чтобы не сгореть в его огне. Тем временем в нескольких шагах от него появилась трещина, из которой вышел мужчина в ослепительно белой броне. Оглянувшись вокруг, он хмыкнул, после чего жестом поманил Фаргейра. Отказываться от такого предложения бывший повелитель огня не стал, в конце концов, куда бы он ни попал, вряд ли это место будет хуже, чем измерения скверны. Так что в трещину он шагнул с той же улыбкой на лице, и через несколько секунд оказался на самой обычной лесной поляне.
— Ну что, Фаргейр, давненько мы не виделись, — голос, прозвучавший за его спиной, заставил мужчину вздрогнуть.
Развернувшись, он увидел того, чье лицо почти забыл.
— Покровитель, — Фаргейр хрипло усмехнулся, а потом одним рывком оказался рядом, и его топор по рукоять погрузился в плоть Извечного Пламени, — как же давно я этого ждал!
Глава 20
— Сдохни, сдохни, сдохни! — Фаргейр с животной яростью раз за разом бил топором по телу своего покровителя, но в какой-то момент рукоять выскользнула из его рук, а сам бывший повелитель огня рухнул на колени и, не выдержав, расплакался.
Слёзы текли сплошными ручьями, смывая чёрную пыль, что давно въелась в кожу.
— Надеюсь, тебе стало легче, — спокойно произнёс Извечный Пламень, — Фаргейр, я виноват перед тобой, виноват в том, что не пришёл тогда на помощь, но у меня не было выбора.