За мной последовали сильнейшие, и только Рюриковичей я оставил на стене. Их ранги недостаточно высоки, чтобы драться с слугами эмиссара лицом к лицу, ведь, судя по черным аурам, эти твари сейчас на уровне слабых магов вне категорий. И их, мать его, несколько сотен!

— Будем действовать по плану, — мое тело покрыла ледяная броня, рядом встал Суворов в своем стальном доспехе, а чуть в стороне Ермолов начал закручивать песчаную бурю. Если эмиссар решил, что все закончится быстро, он очень, очень сильно ошибается!

Рванув вперед, я выпустил в меч смесь из всех своих стихий, в том числе и божественную энергию. Клинок ярко запылал, и первым же ударом я сжег человекоподобную тварь. Черная шкура не смогла ничего противопоставить моему оружию, тварь сгорела меньше чем за мгновение. Следом за мной ударил Суворов, его удар выглядел не так ярко, как мой, но копье графа разделило надвое сразу двух врагов, и тут же небольшой металлический вихрь не оставил от них ничего. А вот Ермолов просто спустил с цепи свою песчаную бурю, мириады черных песчинок накрыли передовой отряд врагов, превращая их в скелеты. Вот только враг тоже не дремал, и носители скверны нанесли свой удар.

Сотни толстых жгутов ударили по нам, но мы ждали этого и тут же подняли щиты. В ту же секунду над головами тварей открылся портал, откуда вывалились сотни сосудов с зажигательной жидкостью, а через мгновение царевич выпустил своих огненных воробьев. Взрыв получился настолько сильным, что у меня аж просел щит, однако, к сожалению, ничего не вышло. Видимо, твари ждали от нас такого хода, ничем иным я это все объяснить не могу.

— Отходите назад, медленно, — я глянул на своих товарищей, — сейчас я использую один из самых опасных своих конструктов.

Старики-разбойники без промедления выполнили мой приказ, а я решил использовать белое безмолвие, только модифицированное. Энергия смерти, смешанная с льдом и ментальной силой, а сверху капля божественной, и огромная волна рванула в сторону слуг эмиссара. Однако даже это не убило тварей, нет, они, конечно, пострадали, но еще где-то сотня была в строю.

— Зря вы не сдались, — один из ублюдков неожиданно заговорил, — умерли бы просто, а теперь будете мучаться.

Тратить силы на разговор мне не хотелось, я уже потянул из ауры новый конструкт и почти наполнил его силой, когда они опять ударили. На этот раз не было никаких видимых эффектов, нас просто откинуло к стене. Удар получился настолько сильным, что я услышал треск брони, а меня впечатало на добрых полметра в лед. Гадство, недооценили тварей, все это время они копили силы для этого удара, поэтому и ответ был таким слабеньким. Пришлось потянуть божественную силу из нового источника, и дальше я создал сотни тонких, почти невидимых лезвий. Несмотря на то, что я не мог толком двигаться, я ударил, целясь по самой крупной группе. Тридцать уродов, когда-то бывших людьми, они закрылись щитом, но мне именно это и было нужно. Как только они лишили себя обзора, я ударил по остальным, управление каждым лезвием было не таким уж и сложным. Правда, на это все я потратил почти всю божественную силу, но зато врагов почти не осталось.