— Я всё помню, — король выстоял, но далось ему это с трудом, — в общем так, дядя, заканчивай, или мне придется это сделать за тебя. Я не хочу дразнить русских, ты меня понял?

— О, не переживайте, я закончу начатое дело, и на этом всё, — в голосе старика отчетливо звучала издевка, — всего хорошего, ваше величество, — после этих слов он открыл для себя портал с помощью одного из артефактов и ушел как ни в чем не бывало, а король в ярости сжимал кулаки. Ему потребовалось несколько минут, чтобы успокоится, и только после этого он пригласил Себастьяна.

— Мой король, — мужчина склонился в глубоком поклоне.

— Оставь, Себастьян, — Виктор отмахнулся, — скажи мне, ты сможешь передать через своих агентов послание русским?

— Смогу, — Себастьян мгновенно сориентировался и коротко кивнул, — в чем суть послания?

— Нужно передать Василию, что корона не имеет никакого отношения к действиям Библиотекарей, — король поморщился, — а также передай, что от убийц стоит ждать нападения в ближайшее время.

— Я сделаю это, мой король. Уже сегодня эта информация будет на столе у русского императора, — Себастьян хмыкнул, — но может нам стоит самим решить вопрос с Библиотекарями? Уверен, что герцоги Медичи и Сфорца не откажут королю в помощи.

— Нет, — Виктор отрицательно покачал головой, — пусть русские сами разбираются, не хочу брать на себя грех убийства родной крови. Иди, Себастьян, иди, мне нужно побыть в одиночестве.

* * *

Москва. Императорский дворец. Ночь.

— Значит, вот как, — император усмехнулся, — выходит, что король Италии не захотел марать руки, но при этом ему хочется избавится от Библиотекарей. Дядя, ты не находишь, что итальянский король довольно хитрожопая личность?

— Еще как нахожу, государь, — Николай Николаевич поморщился, — но с другой стороны, мы не можем на это повлиять. А информацию он передал важную, выходит, Бестужеву грозит опасность в самое ближайшее время.

— Как будто бы мы это и сами не знали, — Василий покачал головой, — эта услуга ничего не стоит, дядя, ты и сам это прекрасно понимаешь. Одно могу сказать точно, придется выводить на арену нового игрока.

— Графа Суворова? — Николай Николаевич вопросительно глянул на императора, и тот медленно кивнул.

— Именно. Старик еще бодр, а если вспомнить его счеты к Библиотекарям, он точно не откажется помочь нашему новичку. И договариваться с ним, дядя, придется тебе, ты меня понял?

— Государь, а может все-таки вам с ним поговорить? — великий князь тяжело вздохнул, — ты знаешь его отношение ко мне, боюсь, он меня даже на порог своего особняка не пустит, а дури у старика столько, что полстолицы может стереть с лица земли.