Все свободное время, когда не был занят собственной практикой или тренировками ребят из приюта и друзей, я посвятил попыткам соединить то, что, с точки зрения большинства практиков мира боевых искусств, объединить невозможно. Естественно, с наскоку решить вопрос не получилось, даже зная основы, я всё ещё не мог разобраться с практической стороной дела. И время, его мне катастрофически не хватало. День, когда нам с Максом придётся уехать, приближался. Да, сейчас умение сжимать потоки времени мне бы сильно пригодилось. Жаль, но создавать такой сложности домен нужно не одну сотню лет, так что не судьба. Поэтому придётся разбираться своими силами.

Воспитанники приюта прогрессировали семимильными шагами, благодаря моему вмешательству и помощи Игоря с Максом удавалось проработать с каждым, решая их проблемы в практике. Такими темпами дети могут и нагнать своих старших товарищей. Мотивация у детей была как ни крути намного сильнее. Я знал, что они даже после тренировок продолжали практиковаться, правда, после моего выговора Заноза, ставший среди приютских кем-то вроде негласного лидера, сбавил обороты. Силовые упражнения ограничивались лишь основными тренировками под моим наблюдением, а в свободное время ребята сосредоточились на медитациях и управлении природной энергией, кто смог её уже ощутить.

Наконец день отъезда наступил. Чтобы проводить нас во двор, вышли все обитатели приюта, включая главу. Дети дружно пожелали лёгкой дороги и быстрее возвращаться, а глава напутствовала удивительно тёплыми словами. Я даже не ожидал.

Распрощавшись с детьми, мы скорым шагом отправились к ждущей нас возле приюта машине. Так как время поджимало, добираться решили на такси, до начала очередного комендантского часа оставалось не так много времени. Из нескольких служб в столице работала лишь одна, а машины приходилось заказывать чуть ли не за три часа.

Пояс всё сильнее погружался в пучины мятежа. Несколько областей уже пылало. Как и предсказывала глава приюта, голод оказался страшным ударом для беднейшего населения. И если в центральных и северных районах всё ещё сохранялось шаткое спокойствие, прерываемое лишь редкими столкновениями стражей пояса с озлобленными горожанами и бунтовщиками, то юг пылал практически весь. Несмотря на весь ужас происходящего, я мог признаться себе, что рад… рад, что мои родные области ещё не задело происходящее безумие.

Пока мы добирались до вокзала, успели оценить улицы города. Сейчас, когда ещё не было комендантского часа, он не выглядел таким же безжизненным, как показалось мне во время поездки на машине Заславских. Да, людей на улицах стало меньше, и общее ощущение сдавленного напряжения присутствовало, но столица всё равно казалась живой. Особенно много машин находилось рядом с центральным вокзалом. Похоже, не только мы с Максом решили уехать. Мало кто сомневался, что главный и самый страшный пожар разгорится именно здесь.