До меня не сразу дошло сказанное бароном, усталость брала своё, зато потом как понял.

Похоже, у меня серьёзно так зрачки расшились от осознания, Мери прыснула в кулачок, а Мирра что-то на меня применила из своих плетений, ступор быстро отступил, на смену пришла ясность мыслей. Благодарно чмокнул кошку, оглядывая всех вокруг.

— Сколько? — спросил у Ферзя, заранее взял бокал с чем-то термоядерным.

— В нашем прошении одиннадцать небольших родов. Три расположены на купленных тобой землях близ границы, два в столице Долины, остальные из Стреклинда — доложился барон.

— А баронеты вне списка? — спросил, знатно отхлебнув из бокала.

— Этих списком подмахнули ещё две недели назад — радостно поведала Мери.

— Чья подпись стоит? — спросил со скорбным вздохом, хотя и так знал ответ.

— Главы королевской канцелярии — сообщила Мери — только не смей делать такое скорбное выражение лица, будто у тебя пошли социальные часы благотворительности в борделе.

— А разве не так — огрызнулся в ответ — меня знатно хотят поиметь.

— В попытке законно дать тебе титул герцога? — усмехнулась Мидори — если так, расслабься и получай удовольствие.

— Так всегда было и будет — мрачно замечаю — это сейчас ты медведь — царь леса. Чуть расслабился, и вот в твоей заднице кто-то построил гнездо. Не нравится мне всё это.

— И это меня возили нервы лечить — закатила глаза Мери — успокойся уже. Сегодня все твои политические враги, мягко говоря, в знатном трансе. Пошли уже познакомимся с теми, кто войдёт в нашу большую шведскую семью.

Передо мной стояли дворяне, некоторые целыми семьями. Возраст тоже разный, был один виконт вот прям дряхлый на вид, вот только когда он пожал мне руку, хватка у него оказалась медвежьей. За ним стояли двое внуков и внучка. Как выяснилось, почти вся его семья погибла при очередных аристократических разборках, поэтому старик сделал двойной ход конём. Внучка выходила замуж за одного из наших полковников, плюс он сам объявлял о вассалитете, чем сильно ограждал своих молодых родственников от смертельного забвения.

В целом выбор вассалов со стороны моих жён был вполне объективным. Согласно кратким справкам никто из них не замарался кровью или откровенной уголовщиной. Зато такое прибавление заметно повышало наши негласные социальные рейтинги. Что особо не радовало наших оппонентов. Попытки унизить моих пока ещё гостей или как-то принизить наши успехи на фронте начались буквально через час, как только стало понятно, зачем собралась такая пёстрая группа в моём окружении.

Всё началось, как только мы немного ослабили хватку и в нашу дружную компанию начали просачиваться множество столичных дамочек. Женское щебетание стало громким, но здорово помогало расслабиться, всё же слушать радостные голоса, обсуждающие разную фигню гораздо приятнее, чем дурдом в армии или сплетни, кто сколько украл или откосил от воинских повинностей.