Пока я шёл по главной улице к дому Григория, из-за плетня одного из дворов выглянула знакомая бабуля. Та самая, что благодарила меня за спасение Алёны.
— Владислав! — окликнула она меня, суетливо вытирая руки о фартук. — Подожди, голубчик. Я тут пирожков с земляникой напекла, ещё тёпленькие. Угощайся!
Я не стал отказываться. Подошёл к калитке, и она тут же сунула мне в руки сложенный в несколько раз платок, из которого исходил умопомрачительный аромат свежей выпечки.
— Спасибо вам большое, — искренне поблагодарил я, разворачивая платок. Внутри лежали три румяных, аппетитных пирожка.
— Кушай на здоровье, родимый! — улыбнулась бабушка. — Всё никак не могу отблагодарить тебя за Алёнушку нашу!
Я откусил один пирожок. Тесто было мягким, нежным, а начинка — сладкой, просто тающей во рту. Невероятно вкусно.
— Да не за что благодарить, — проговорил я с набитым ртом. — Был рад помочь.
Кивнув бабушке на прощание, я двинулся дальше, с наслаждением доедая угощение.
Как же здорово, когда тебя встречают с такой душевной теплотой.
Дойдя до площади, я увидел Алёну. Она стояла у колодца вместе со своими подругами: пышногрудой брюнеткой и худой девицей с рыжими, как огонь, волосами.
Они о чём-то оживлённо болтали и смеялись, но, заметив меня, разом притихли.
Алёна первой пришла в себя. Её лицо озарила радостная, сияющая улыбка.
— Владислав! — воскликнула она, отставляя ведро и делая шаг навстречу. — Ты как здесь? У тебя всё хорошо?
— Лучше всех, — улыбнулся я ей в ответ. — Просто заглянул по делам. И к тебе тоже.
Её подруги переглянулись. Брюнетка хихикнула и ткнула Алёну локтем в бок, что-то шепнув ей на ухо. Та вся вспыхнула и смущённо опустила глаза. Рыжая смерила меня колючим взглядом, словно пыталась разгадать, что я задумал.
— Алёна, можно тебя на пару слов? — спросил я.
— К-конечно, — кивнула она и, мельком глянув на подруг, пошла за мной.
Брюнетка не удержалась и, совсем не таясь, сказала нам вслед:
— Ой, смотрите-ка, тайные переговоры! Может, свататься пришёл?
Рыжая фыркнула в ответ, скрестив руки на груди:
— Посмотрим, посмотрим… Незнакомца мы к нашей Алёне так просто не подпустим.
Я сделал вид, что не слышу их комментариев, и отошёл с Алёной на достаточное расстояние, чтобы нас не могли подслушать.
— Что ты хотел сказать? — тихо поинтересовалась она.
— Для начала поделиться с тобой радостной новостью. Я решил, что согласен принять жителей Прилесья у себя под Дубом.
Глаза девушки загорелись.
— Правда? Как хорошо! Спасибо тебе, Владислав! — она обняла меня. — А Григорий Петрович-то знает?
— Конечно. Он уже начал подготовку, просто аккуратно, чтобы никто раньше времени не узнал. Рано пока людям говорить.