Девушка тем временем окончательно проснулась, потянулась, вылезла из кучи сена и стала одеваться. Она проворно натянула юбку и некое подобие блузки-рубашки. После этого обернулась и посмотрела на капитана — тот попытался что-то сказать, но из пересохшего горла вырвался только хрип. Глядя на такую картину, девушка хмыкнула каким-то своим мыслям и шустро куда-то рванула.

Вот теперь Серов действительно решил, что пора вставать. Он кое-как выкарабкался из сена, попутно вытаскивая все новые и новые соломинки из всех возможных мест, после этого тоже оделся и хотел было уже делать ноги, когда вернулась девушка. В руках она несла глиняную емкость — то ли кувшин, то ли чашку, то ли кастрюлю: мастерство изготовителя не позволяло признать в этом предмете что-то конкретное. Но главное было не это. Главное было то, что внутри. А внутри оказалось с пол литра холодной — аж зубы заломило — ключевой воды. Осушив одним махом емкость, Серов прислушался к своему организму — кажись слегка полегчало.

«Мало только, кажется, пол ведра бы выпил, — подумал он чувствуя, как во рту снова стремительно пересыхает, — ну да ладно, это не к спеху».

А в слух произнес:

— Доброе утро красавица, ты меня очень извини, но ничего из вчерашнего не помню… Как тебя зовут?

— Уна, ваша милость, — было видно, что девушка смущена, но старается этого не показывать.

На вид ей, как уже говорилось, было лет шестнадцать-двадцать, в общем она была как раз в том возрасте, который больше всего пугает мужчин. Во всяком случае, пугал на Земле: вроде бы выглядит взрослой, а по паспорту… а по паспорту может оказаться все что угодно… что чревато неприятностями.

Невысокого — капитану едва доставала плеча — с длинными прямыми волосами каштанового цвета. Не красавица, но и не уродка — таких большинство.

Не выдержав пристального взгляда, Уна окончательно засмущалась, прыснула в кулак, развернулась и убежала.

«Нда… отхватил себе приключений. Одно радует — по пьяни я все так же убедителен».

Было у него одно такое свойство организма: если в обычной жизни Серов был достаточно скромный и приставать ко всем девушкам был не приучен, то после определенной дозы алкоголя, становился немного наглым, очень веселым и беспощадно убедительным. Главное было не пропустить тот недлинный промежуток между «еще трезв» и «уже ничего не надо». Так что ситуация, аналогичная той, что произошла этим утром, была, скажем так, не внове.

Приведя себя кое-как в порядок, Серов отправился на поиски воинов своей маленькой армии. На то, чтобы привести их в чувство понадобилось еще пара часов, так что покинуть деревню удалось только к полудню. Никаких претензий к облегчению капитана, к нему никто не предъявлял. Наоборот, когда отряд уже уходил, к нему подбежала Уна, поцеловала и прошептала на ухо, что бы он приходил еще.