все. После опроса четырех женщин Тань Юн погрузился в раздумья. В конце концов он резюмировал: – Подведем итог: вчера вечером Ся Ци обсуждала с вами одни и те же темы. Помимо вопроса, считаете ли вы ее убийцей, разговоры сводились к браку, отношениям и критериям выбора партнера. Верно? Четыре женщины кивнули в унисон. – Разве это не естественно? – добавила Хань Лэй. – О чем еще говорить женщинам? О международной политике или экономике? – Но есть одна странность. Ся Ци никогда не касалась этих тем. А вчера внезапно проявила к ним интерес. Причем с каждой из вас. – А Лао Тань прав… – заметила Ли Сюэли. – Все мы знали, что Ся Ци не была любительницей сплетен. Раньше она никогда не лезла в наши личные дела. – Следовательно, она явно что-то выведывала. И скорее всего – выведала, – заключил Тань Юн. Женщины переглянулись, на их лицах отразилось недоумение. Хань Лэй покачала головой: – Я правда не понимаю, что она могла узнать. Как по мне, мы говорили на самые обычные темы… – И почему она выбрала нас четырех? – добавила Фань Линь. – Почему не поговорила с Ван Синсином, Шэнь Фэнся или Гу Лэем? Этот вопрос я уже поднимала. Мы решили, что Ся Ци изначально планировала обзвонить всех для проверки, но после разговора с четвертым человеком поняла, кто убийца, поэтому остальным троим звонить не стала. – Четвертой была… – Я, – заявила Ли Сюэли. – Согласно теории Фань Линь, теперь я главная подозреваемая. – Сюэли, ты же знаешь, я… – Не оправдывайся, – перебила Ли Сюэли. – Я знаю, ты всегда объективна. Но хочу отметить два пункта. Во-первых, после звонка мне Ся Ци написала в чат, что вычислила убийцу. Разве это не могло быть следствием всех четырех звонков? Почему именно разговор со мной дал ей ответ? – Прости, мне тоже придется перебить, – вклинилась Фань Линь. – Если так, мы возвращаемся к моему вопросу: почему Ся Ци сделала вывод, поговорив только с нами четырьмя? Как она могла быть уверена, что Ван Синсин, Шэнь Фэнся и Гу Лэй не убийцы, если даже не попыталась их проверить? – Да, я тоже об этом думал, – сказал Ван Синсин. – Предположим, Ся Ци считала, что убийца – женщина. Тогда почему Шэнь Фэнся сразу вычеркнули из списка? – С чего она вообще взяла, что убийца – обязательно женщина? – спросила Хань Лэй. – Думаю, Ся Ци просто знала, что я не способна на убийство, – рассудила Шэнь Фэнся. – Я бы никогда не отравила учителя Юаня. Разве что вы решите, что я психопатка, готовая убить даже его. Но тогда мне нечего добавить. – Допустим, – настаивала Фань Линь. – Но по какой причине