я готова была поверить, что ты и правда слабоумный! Но теперь я поняла… Трагедия не должна повториться. С сегодняшнего дня мы встречаем правду лицом к лицу! Я отведу тебя к врачам, помогу стать обычным ребенком… Надеюсь, еще не поздно… Сяолян, прости меня… Сначала на лице мальчика читались лишь страх и растерянность. Но в конце концов он не выдержал – обхватил мать и разрыдался. В тот день Су Сяотун сделала две важные вещи. Сначала она отвела сына в лучшую клинику Лиши на консультацию к психологу. Отбросив все страхи, она подробно рассказала врачу о событиях годичной давности и попросила провести полное обследование. Перед тестами мать взяла с Сяоляна обещание: – Будь честным. Больше никакого притворства. Мальчик серьезно кивнул. Результаты не заставили себя ждать. – Интеллект полностью сохранен, – сообщил врач. – Очень смышленый ребенок. Оказалось, Сяолян детально описал врачу все, что видел и пережил год назад… Той ночью он поужинал и уснул, а проснулся, когда мама уже перенесла его на балкон. Папа все еще лежал без сознания в гостиной, в комнате стояла жаровня. Сквозь стеклянную дверь он увидел, как мама сначала хотела перетащить папу на балкон, но передумала. Вместо этого она взяла диванную подушку и… Сяолян все понимал, но не мог пошевелиться. Произошедшее стало для мальчика ударом: папа хотел убить их всех, а мама убила папу у него на глазах. События той ночи вызвали посттравматическое стрессовое расстройство. Врачи в Цзинчжоу ошибочно связали состояние мальчика с отравлением угарным газом и даже заподозрили умственную отсталость. На самом деле Сяолян закрылся в себе, не сумев принять ужасную правду. Услышав диагноз врачей, он начал притворяться слабоумным – так ему было легче избегать реальности. Это была чисто психологическая проблема, никак не связанная со слабоумием. Су Сяотун спросила врача: – Можно ли исправить ситуацию? – К счастью, вы не затянули, – ответил психолог. – Ребенок как раз в критической фазе развития. Длительное притворство могло изменить его самоидентификацию – он бы и правда начал верить, что слабоумный. Су Сяотун с облегчением вздохнула: они подошли так близко к краю, но, к счастью, сумели удержаться. Еще немного, и было бы поздно. Она договорилась о курсе терапии для сына. Затем мать с ребенком пришли в уголовную полицию. Су Сяотун добровольно созналась Тань Юну во всем. Через два месяца городской суд Лиши вынес решение: Гу Лэя за предумышленные убийства приговорили к смертной казни, Фань Кэ за организацию и соучастие в преступлении