Частоты энергии пожирают людей, биомехи идут в разлад, и на землю падают обезображенные трупы.

Тончайшее, смертельное покрывало песни сирены Иоланты, рассыпается гармониками. Искры охотятся за людьми, жалят, как комары. Укол, и человек опускается на землю там, где стоял, засыпает, и уже не слышит песни-призыва.

Сирена не сдается, продолжает петь, выводя замысловатую ноту. Волны энергии расходятся от неё в стороны. Убить, убить, убить! Разлетаются на мелкие осколки стекла домов, осыпая мостовую сверкающим дождем. Защита наемников идет волнами, искусник падает на колени, удерживая Щит из последних сил. В руке он держит стремительно пустеющее энергетическое ядро, сделанное в Царских Мастерских.

Иоланта сильна, очень сильна. Сердце Пламени в груди сирены питает и Щит вокруг неё, и песню.

Но её энергия слишком грубая. Индивидуальное искусство, которое разрушают штампованные иголки.

А я иду вперёд.

Человека, выросшего передо мной, убрать с пути не получилось. Телекинез не сработал, смертельные энергии рассеялись гармониками на щите, его меч метнулся к моей голове.

Скорлупа собрала все силы, живой клинок завяз в защите.

Человек отпустил рукоять, взмахнул рукой, и второй живой клинок устремился к моей правой руке.

Я отдернул руку, отшатнулся, избегая следующего удара.

Мой противник двигался быстро, очень быстро, а в его ауре сверкали гармоники Индика. Заморозка не сработала, Танцор Плоти перестроил моментально перестроил тело, а Щит избавился от чужой энергии.

Что можно противопоставить такой скорости?

Технику. Правильно подобранные движения ловят в ловушку стремительно мчащийся мне в голову клинок. Наши мечи соприкоснулись, частоты энергии стекли по моему клинку, коснулись оружия врага.

Сошедшая с ума живая сталь впилась в держащую руку.

Мой противник не испытывал боли, лицо похоже на посмертную маску. Отпрыгнул назад, левой рукой выдернул шипастый шар из предплечья, бросил в меня. Я встретил его коротким вихрем распада, и атаковал сам. Искорки-модули рванулись со всех сторон, опутывая человека сетью телекинеза.

Снова вихрь распада, направленный в Танцора Плоти, и оплывающий скелет рассыпается пылью.

Шаг, другой. До старшей сирены осталось десяток метров.

Та сделала шаг мне навстречу, оставляя позади свою свиту. Толстяк с Танцором Плоти двинулся в обход, дорогу ему преградили качки с живыми клинками. Толстяк остановился, поводя башкой.

Она старалась, пела, едва шевеля алыми губами. Скорлупа уже не мурлыкала, надсадно рычала, из последних сил рассеивая чужую энергетику. Сияние Разума опасно и зло щурилось, рассматривая высокую, стройную женщину.