Проклятье, даже не знаю, как я не сошел от всего этого внутреннего безумия с ума.

Не будь Га-Хор адептом мар-шааг и не обладай навыками ментального контроля, думаю я быстро бы спятил, превратившись в жаждущее смерти кровожадное чудовище. К счастью, удалось выстоять, существенно повысив собственные возможности через Средоточие и преобразованные заклятья. И это не могло не радовать. Превращаться в жаждущего крови психа я определенно не собирался…

Удар, скользящий шаг вправо, меч вскидывается на уровне груди, блокируя вражеский выпад, тело отклоняется в противоположную сторону, сохраняя координацию и скорость.

Изогнувшись, наношу новый удар, противник легко уходит влево, следует хитрый финт, призванный лишить меня оружия. В последний момент успеваю сменить стойку, но напарываюсь на жесткий блок. Ускоряюсь, движения противника становятся замедленными, словно идет через толщу воды. Это легко позволяет поставить точку в затянувшемся поединке.

Тренировка закончена.

Берг трясет рукой, потирая предплечье, вибрация от последнего выпада прошла через лезвие мяча, вызвав спазм в напряженных мышцах. Наемник выглядит удивленным, я немного схитрил, пустив через призванный клинок немного энергии. Это вызвало разряд, похожий на удар током, только ослабленный.

— Магия? — к чести воина, он сразу догадался что с заключительным ударом было что-то не так.

Я признался:

— Самую капельку.

Наемник кивнул, будто говоря: так и думал. Больше никаких претензий не последовало. Дело не в честности поединка, дело в том, кто одержит победу. А какие для этого будут пущены в ход способы не имеет значения.

Победа любой ценой. Выживание на поля боя. Эти аксиомы оба инструкторы буквально вдалбливали в голову с первых занятий.

И еще, они не учили меня драться на мечах, секирах и булавах. По их собственному признанию они учили меня убивать, используя мечи, секиры и булавы.

Вот так вот все просто. Никаких красивых поз, никаких показательных стоек, никаких ударов напоказ. Только предельная эффективность, направленная на итоговый результат. Поэтому все движения четкие, но крайне экономные. Даже скупые, чтобы сохранить крохи силы для последующих боев. Ведь никто не знает, как повернется сражение и сколько еще придется биться с врагом. Это были неформальные заповеди всех наемников, понявших главную мысль любой битвы — остаться в живых.

Именно так, а не одержать победу, как думают большинство романтически настроенных сопляков, выбравших стезю воинов. Не понимающих, что такое настоящий бой. Им это могло показаться трусливым, но в этом была суть любого сражения: ты не мог одержать победу, если валяешься мертвым на земле с выпущенными кишками.