Мы свернули с просёлочной дороги на шоссе и ускорились. Я достал телефон и набрал деда.

— Охо-хо! Добытничек легендарный звонит! Рад слышать, внук. Как ты? Как улов, как успехи в освоении магического ремесла?

— Всё более чем достойно, деда. Слушай… У меня к тебе деликатное дело есть. Чтобы никто не знал. Так что, пожалуйста, спать не ложись. Дождись меня. Мы к полуночи будем примерно, — сказал я, понимая, что без его помощи не смогу быстро провернуть всё задуманное.

— Нет проблем. Хоть всю ночь просекретничаем. Я как твои удивительные подарки из Сибири получать стал, так у меня бессонница разыгралась и азарт из могилы вылез. Есть будешь?

— Да… На всех сделай. Паштет там, торт шоколадный купите, азотных удобрений, косточку буйвола… Ну, ты и сам знаешь наши запросы, — усмехнулся я, представляя, какой это будет пир, если все мои фамильяры тоже сядут за стол.

Проболтав о ерунде всякой десять минут, я положил трубку и вышел на свежий воздух, чтобы размять тело. У нас очередная остановка. У ведущей машины лопнуло колесо, и нужно его заменить. Конвой с подобным нашему грузом не имеет право разделяться и ослаблять охрану во время перевозки, так что вся колонна остановилась.

Пока стояли, познакомился с большей частью бойцов. Все живо обсуждали «невероятный рейд Берестьева и его фамильяров», гадали, сколько изломов мы закрыли, чтобы вынести столько добра.

Мы специально не распространялись при посторонних, но слухи было не остановить. Я, конечно, ничего не подтверждал, но куча всякой добычи из разных изломов наводила на определённые мысли. Люди догадывались. Ну и пусть. В любом случае слушать слова бойцов было довольно приятно, ведь они были пропитаны уважением и гордостью за нас и радостью за местные отряды, которым теперь будет меньше работёнки.

Когда мы наконец добрались до величественного имения деда, я огляделся, нашёл родича взглядом и пошёл ему навстречу.

— С возвращением! — Он и вправду был бодр и рад меня видеть. — Пойдём перекусим. Отдохнёшь с дороги…

— Это чуть позже. Сперва одно очень важное и не терпящее отлагательств дело. Давай в доме, — предложил я.

Дед кивнул, и мы прошли внутрь.

Я был взволнован, дед воодушевлён, а появившийся на плече Фома уже стрелял глазками в служанок на нашем пути, что готовились к встрече гостей и позднему ужину. Ох, повезло ему, что Хлоша не из тех фамильяров, что меня на улице сопровождать могут.

Когда мы расположились в креслах его личного кабинета, дедушка посмотрел на меня внимательно, а я в ответ вопросительно поднял бровь.

— Полог тишины? Настолько всё серьёзно?