Если бы неизвестный мне урод, который болтал много нехорошего, не сотворил ту каверзную магическую печать под носом у огромного числа солдат и магов, прямо в нашем лагере, а просто телепортировал только меня, я бы вырвался, отсюда. Да даже если бы со мной был ещё Цербер, выбраться отсюда — не проблема. Но студенты… Их не бросишь. И они не готовы к войне. Мужество и гордость, которые взыграют у некоторых, ничем не помогут. На одном энтузиазме далеко не уедешь. Мана заканчивается в условиях городских боёв очень быстро. А пули у снайпера, снаряды миномёта, удары ракетами — нет. Маг без прикрытия пехоты и бронетехники — всё равно что танк без солярки на передовой. Рано или поздно технику либо вскроют, либо подорвут. А мага либо уничтожат, либо лишат сил и пленят. Одни в поле пусть и воин, но недолго… В моём случае ситуация не столь печальна, но всё равно опасность не минимальная.

Пятьдесят шесть студентов и преподавателей… Нас слишком много. Надо сваливать с крыши хотя бы в этот самый отель, и уже там решать, как что делать в этой всей ситуации.

— Здание чисто. Возле чёрного хода три солдата стояло, что-то делили. Уже спрятали награбленное и ушли, — обратил я внимание Цербера на результаты разведки Фомы. — Студентам я не могу приказывать. Давайте спрячемся в отеле, пока нас не засекли, и уже там обсудим, что делать.

— Согласен. Так, Щебитов, Гусляров, Светлова, Краст, Долгорукий — вы командиры своих групп. Первокурсники следуют за Крастом, Щебитов — второй курс под твоим командованием, Гусляров и Светлова — третий курс на вас, Долгоруков — все остальные. К каждой группе прибавляется по преподавателю. Я пойду с первокурсниками. Уходим с крыши на верхний этаж здания. Сохраняем абсолютную тишину. Нас вмиг перестреляют, если обнаружат. Все вопросы, слёзы и прочее — потом.

— Что с тушами делать, — спросил Долгорукий, если я правильно помню, младший из внуков прославленного главы княжеского рода из Рязанского княжества.

— С собой уносим. Они привлекут внимание.

— Но они же будут вонять! — запротестовала какая-то глупая девчонка, но её быстро поставили на место свои же одногруппники.

— Вход на пожарную лестницу закрыт… — показал пальцем на дверь за своей спиной Щебитов.

— Надо выбить… — тут же предложил его сосед.

— В сторону. Не шумим! Ничего не выбиваем и не ломаем! — говорил я, подходя к двери.

Убедившись, что дверь заботливо закрыта изнутри, я накачал палец эфиром и, вырезав сердцевину замка, вытащил металлический засов.

— Общаются только командиры групп, — давал указания Цербер. — Остальные молчат. Внимание привлекаем исключительно жестами и касаниями. И не кричите, если увидите трупы… Их немного, но они там есть.