— А нельзя ли будет спрятать на этом острове мою жену? — спросил Георгий, очень боящийся снова потерять любимую.
— Можно там, можно на марсианской или лунной базах, — пожал плечами Артем. — Они сейчас строятся. Я могу настроить врата на вас, вашу жену и нескольких доверенных людей под клятвой на жезле. Больше никто пройти через врата не сможет.
— Наверное, на лунной будет лучше, там точно не достанут, — кивнул император. — Благодарю! А выздоровления аналитиков подождев, раз другого выбора нет. Однако остается вопрос, что делать с монархами, пожелавшими присоединиться к нашему союзу через брак с вами? Греческого короля за высказанное желание этого убили вместе со всей семьей... Остальных попытались, но не смогли. Однако представители этой непонятной силы явно не успокоятся...
— Передайте всем желающим мое согласие, — тяжело вздохнул Артем. — Там, где две жены, там и остальные проблемой не станут. Сообщите, что я их вскоре навещу и передам защитные артефакты. У вас есть с ними связь?
— Есть, конечно, — подтвердил Георгий. — Рунные шары, настроенные лично на монархов.
— Вот и отлично, — кивнул юноша. — Пусть ожидают меня в течение завтрашнего дня в своих личных покоях. Но предупредите, что в случае нападения я буду безжалостен.
Немного подумав, он добавил:
— Мне что-то подсказывает, что следует как можно скорее обследовать планеты Юпитер, Уран и Сатурн вместе с их спутниками и поясами астероидов. Там явно что-то есть, и я хочу выяснить, что. Полечу на космическом корабле, который у меня с собой в поясе путешественника. Прошу подобрать для полета нескольких верных офицеров и ученых магов, которым интересна космогония. Вылечу сразу после заключения всех нужных помолвок. Чувствую, что времени терять нельзя...
Глава XXI
«Бродяга» сбросил скорость и начал облетать планету, расположенную на той же орбите, что и Земля пятнадцатого столетия, только на противоположной ее стороне — между планетами располагалась местная звезда, желтый карлик со светимостью раза в полтора больше Солнца. Первый же облет сообщил, что это тоже Земля, только середины двадцатого столетия, что стало ясно после того, как были уловлена передача Совинформбюро, сообщившая, что внизу сейчас двенадцатое июня одна тысяча девятьсот сорок третьего года.
— Да что за чертовщина?! — не выдержал Костя. — Опять Земля?! Да еще и во время Великой Отечественной?!
Он сам до сороковых не дожил, погиб в двадцать девятом году в Туркмении, в бою с басмачами. Однако за годы службы встречал среди сослуживцев немало воевавших на Великой Отечественной и слышал их рассказы, знал о страшных потерях советского народа в ней. Немного подумав, Костя вызвал «Петроград» и доложил о случившемся.