Густой красный цвет содержимого старой строительной краски резко выделялся на сером и черном фоне.

— Когти! Когти! Когти! — проскулил Слум и, резко подпрыгнув, сделал невероятное — выставил руки и ринулся на нас.

Поглощенный созерцанием крови, я увидел его лишь краем глаза и попросту не успел среагировать на это движение. Толчок… и я полетел в яму, делая то единственное, что возможно в этой ситуации — во всю глотку истошно вопя. Рядом со мной орал Нурлан, а над нами заходился визгливым смехом Слум, чью руку я успел перехватить.

— Мужики! — потрясенно завопил сзади Криппи…

Сколько надо времени, чтобы упасть с высоты метра в четыре? Секунда? Чуть больше? Понятия не имею.

Но этого времени мне хватило, чтобы заткнуться, разжать хватку на запястье толкнувшего нас Слума и дернуться в сторону стены. Рывок, я с тупым удивлением смотрю, как моя рука, пробивая пелену льющего сверху потока, достигает одной из скоб и смыкает на ней пальцы. Еще рывок… и пальцы соскальзывают, но я уже замедлился, и хватка второй руки за скобу ниже останавливает мое падение. Согнутая нога ударяет подошвой в стену между скобами, и я повисаю в полуметре от залитого водой пола, на который с силой рушатся Нурлан со Слумом. Поднятая ими волна заливает каску, и та накреняется, выливая пенящуюся розовым кровь. Фонари парней подсвечивают воду, и я мысленно отмечаю, как здесь стало вдруг красиво — вода светится быстро светлеющим розово-красным…

Выпустив скобу — как я вообще это сделал⁈ — я неуклюже спрыгнул в воду, с плеском сделал шаг и склонился над стонущим Нурланом.

— Эй! Нурлан!

— М-м… м-мразь… — помощник бригадира выплюнул это с кровью и ненавистью из разбитого рта.

Смотрел он не на меня, а на медленно встающего Слума. Тот же, поднявшись и для чего-то подпрыгнув, хлопнул себя ладонями по бедрам и глянул на меня так, что я сразу понял — он совсем чокнулся. Крыша не то что съехала — ее катапультировало.

— Когти! — крикнул Нарк и тяжело побежал вперед по путеводу. — Когти делают чпок! И все в шоко! Все в шоко!

Едва не выпустив обмякшую руку все еще лежащего Нурлана, я торопливо заорал вслед придурку:

— Слум! Стой! Стой!

— КОГТИ!

Похоже, у него добавилось еще одно любимое словцо…

— КОГТИ! — донеслось от удаляющегося в темноту светового пятна. — КОГ…

У меня отвисла челюсть, когда я увидел, как двигающееся вдоль левой стены световое пятно его фонаря вдруг мигом оказалось у правой, затем снова у левой и наконец подлетело куда-то вверх, чтобы упасть у правой стены и… потухнуть.

— Зачем он так швырял свой фонарь? — пробормотал я, торопливо нагибаясь и хватая стонущего Нурлана за ворот комбинезона. — Вот и докидался. Вот и сломал… а вещь дорогая… Не по-сурверски это как-то…