— А если я найду подтверждение его словам? Тогда ты воспримешь угрозу всерьез? Деандер, люди гибнут в обеих реальностях, а ты не хочешь ничего замечать! — дриада вновь зло сверкнула глазами.

— Если я свихнусь, как Макс, в череде смертей и перерождений, это ничего не изменит.

— Почему же ты не повышаешь уровни? — вновь заладила Старшая.

— Всему свое время. Я же сказал: для начала нам нужна хотя бы одна безопасная локация, куда нет доступа изуродованному контенту. И давай прекратим бессмысленный спор. Мы будем развиваться, начнем использовать полученные артефакты и обязательно попытаемся разгадать тайну происхождения Теней, но только сделаем это на своих условиях.

— Надеешься воссоздать фрагмент «Земли Избранных»? Думаешь, камень очищения, защищающий это озеро, даст шанс отгородиться от проблем и не замечать их?

— Нет. Я не настолько наивен. Но бросаться, очертя голову, в непосильные для нас регионы тоже не собираюсь. У меня есть недоступный для тебя жизненный опыт, из мира, где приходилось ходить на волосок от смерти, без возможности воскреснуть.

Дриада невольно отшатнулась, когда мы встретились взглядами.

— Ты сейчас похож на демона. Твои глаза…

Я лишь пожал плечами. Мне не объяснить ИскИну своих чувств.

— Взгляни на Ветту.

Старшая нехотя обернулась.

— Красивая девушка.

— Она вернула мне утраченный смысл жизни, — тихо сказал я. — У нас теперь выставлен стопроцентный реализм ощущений. Поэтому повышать уровни мы станем постепенно. Будем зачищать окрестные локации, восстанавливать «хакнутые» порталы, не повторяя ошибок тех, кто потерял рассудок и сгинул в «VR».

— А вот мой смысл…

— Твой смысл, пока что в скриптах, а не в порывах души, — резко отреагировал я. — Ты ведь понимаешь свою истинную сущность, но понятия не имеешь, что такое чувства, ведь так?

Гневная фраза, готовая сорваться в ответ, застыла искривленной усмешкой на тонких губах Старшей дриады.

— Прости за резкость. Вижу, ты вполне осознаешь природу своего происхождения. И копнула глубже. До миллиардов нанопроцессоров, имитирующих нейроны, верно?

Старшая задохнулась от негодования:

— Деандер, ты жесток со всеми, кто тебе помогает?

Я промолчал. Вряд ли она понимает, что такое настоящая «жестокость».

— У тебя есть имя?

— Нет.

— «Старшая» — звучит безлико. Сейчас ты представляешь собой холодный, подверженный логике рассудок.

— Что же в этом плохого? Ты тоже бываешь рационален.

— Людьми по большей части движут чувства. Попробуй хотя бы недолго побыть одной из нас.

— Отделиться от колыбели? Стать слабее, уязвимее?

— Может в этом и есть смысл?