С этими мыслями я покидал базу, а отбросив их, начал думать о предстоящем.

Сейчас половина пятого. Отсюда до базы Папаши километров шесть-семь. Пешком туда пилить часа три. Так что придется рисковать и ехать на электросамокате — он идет тихо, не ревет, а шепчет, так что я должен услышать рев моторов издали и успеть спрятаться.

У меня осталось сорок пять минут действия «Сокрытия души». Если понадобится, активирую способность возле лагеря Папаши. Вполне может и не понадобиться, учитывая, что сейчас люди Волошина или Тетыщи, а может, и те и другие потрошат «Калигайахан». Вот такое время бы подгадать, чтобы напасть на лагерь: когда Волошин и Тетыща уедут, и останется Папаша. Да, у него силовой отражающий щит, но он ведь рано или поздно истощится? Был бы его щит безоткатным, Папаша в одиночку мог бы фармить уники, плюя на всех с самой высокой колокольни.

Когда я уже отошел от ворот, меня догнал Макс — все же не сдержался. Шепотом, краснея, попросил:

— Если получится, спаси… девочек.

Я внимательно всмотрелся в его глаза, он нервно сглотнул.

— Ты как себе это представляешь, Тернер? Зашел, всех раскидал, забрал девчонок?

Он помотал головой.

— Короче, Макс, — как можно убедительнее проговорил я, — сегодня я не драться иду, а наблюдать. Спасать будем вместе. Учись не быть героем за чужой счет. Понял?

Парень шмыгнул носом и потух.

— Понял.

— Ну и молодец. Не кисни! Все будет хорошо!

Приободрив его, медленно поехал на самокате, огибая завалы из сломанных веток.

Добравшись до участка, перекрытого поваленным деревом, я спешился и услышал треск в кустах — оттуда ко мне пробирался голый бездушный. Точнее, бездушная 3-го уровня. Девушка, огромная и мускулистая — похоже, эволюционирующая в амбала.

Мне с нее толку будет мало, а вот Вика вполне может поднять уровень. Потому я развернулся и повел бездушную за собой. Постучал в ворота с криком:

— Первый пришел! Принимайте!

Зомби настигла меня, и в этот момент я активировал «Сокрытие души». Потеряв ко мне интерес, бездушная замерла напротив ворот, за которыми послышались крики. Я заглянул в остекленевшие глаза, лишенные осмысленности. Под ее скулой что-то пошевелилось — будто червь прополз под кожей и нырнул в глазницу.

Передернув плечами, я зашагал прочь, встал на самокат и поехал к трассе.

Позади заскрежетали ворота, донеслись крики.

— Мать моя женщина! — радостно заорал Сергеич. — Ну и страхолюдина!

— Лихо накачалась фитоняша! — оценила Вика.

Хорошо! Друзья оценили подарок и начали его разделывать. Надеюсь, они будут осторожными. Последнее, что я услышал — возглас Макса: