Официантка уже унесла пустые тарелки, и закончились последние капли вина, когда Джозеф спросил:
– Какие планы на остаток вечера?
Тут Зои напряглась. Почти полночь. Джозеф симпатичный, общаться с ним было приятно, но продолжения она определенно не хочет. Слишком мало о нем знает – в сущности, только то, что он очень крупный, сильный и обаятельный. Обаятельные мужчины… Тед Банди, Чарльз Мэнсон, Ричард Рамирес, Род Гловер – все они обаяшки. Список можно продолжать до бесконечности. Для человека, который день за днем занимается психопатами, обаяние – всего лишь опасный камуфляж.
– Думаю, мне лучше поспать. Завтра у меня важный день.
– Консультировать будешь?
– Точно. – Она постаралась улыбнуться.
– Сможешь добраться до дома? – спросил Джозеф, показав глазами на ее пустой бокал.
Ни к чему ему знать, что она остановилась совсем рядом.
– Возьму такси.
Он выудил из бумажника визитную карточку.
– Если захочешь приятно провести вечер, скажем, завтра – звони.
Она поблагодарила. Он улыбнулся в последний раз – кажется, немного растерянно – и ушел.
– Можно мне счет? – попросила Зои.
– Ваш собеседник за все заплатил, пока вы были в туалете, – ответила официантка. – Настоящий джентльмен!
– Да, настоящий джентльмен, – откликнулась Зои.
Глава 30 Сан-Анджело, Техас, четверг, 8 сентября 2016 года
Делия сортировала чистое белье – раскладывала по парам носки. Фрэнк носил только черные и серые, так что ей приходилось сравнивать их по длине и по материалу. Порой она не заморачивалась и складывала короткие носки с длинными, шерстяные с хлопчатобумажными, но тогда приходилось долго выслушивать недовольное ворчание, так что сейчас Делия старалась все сделать как полагается. Ради всего святого, где же пара от этого носка?
Зазвонил телефон – и она, едва не подпрыгнув на месте, закрутила головой туда-сюда, словно зверь, почуявший охотника. Дело не только в том, что звонок застал ее врасплох. Этот телефон вообще не звонил. Почти никогда. И Делия, и Фрэнк пользовались только мобильниками. В сущности, городской телефон они не отключали лишь потому, что по нему привыкла звонить Герта, мать Фрэнка. Пожилой человек, память уже не очень – ей сложно было выучить новый номер. Как у президента есть красный телефон для разговоров с Россией, так и у Фрэнка и Делии – бежевый городской аппарат для разговоров с Гертой.
Вот только Герты уже семь месяцев как нет в живых.
Делия потерла обожженную руку: физическая боль отвлекала. Должно быть, ошиблись номером, сказала она себе. Или это соцопрос, или продажники с очередным предложением, от которого невозможно отказаться. Так или иначе, трубку брать не стоит – ничего интересного она не услышит.