– Эй, ты как? Пошевелиться можешь? О господи!..
Руки на лице. Кто-то вынимает изо рта пропитанный рвотой кляп. Джулиет была не в силах говорить – только дышала, дышала и никак не могла надышаться.
Рядом послышался голос:
– Пять-тринадцать, это девять-ноль-два. Нашли девушку. Жива!
Глава 67
Джулиет лежала на больничной кровати. Руки и ноги казались непомерно тяжелыми, перед глазами все плыло. Трудно было сосредоточиться. После пребывания взаперти в кромешной тьме от яркого света и красочного мира вокруг кружилась голова. Джулиет закрывала глаза, чтобы отдохнуть – но долго отдыхать не удавалось: страх, что все исчезнет, что, открыв глаза, она снова окажется в ящике под землей, не давал уснуть.
Полицейские сказали, что в могиле она провела от восьми до четырнадцати часов. Неправда, ответила Джулиет. Она лежала там целую вечность! Неправда, неправда, повторяла она, схватив полицейскую за запястье, чтобы та ее услышала и поверила. Тогда ей что-то вкололи, и на время Джулиет охватило блаженное равнодушие ко всему. Она плыла в полудреме, словно в теплой воде, – и очнулась только, когда медсестра выключила свет. Тогда Джулиет начала кричать. Когда поняли, что успокоить ее не удастся, свет вновь включили.
Мама просидела с ней пару часов и обещала завтра привезти Томми. Джулиет была рада, когда она ушла. Мама всегда очень много говорит, когда волнуется; слишком утомительно.
Теперь кто-то снова вошел к ней в палату. Та женщина-детектив, и с ней двое незнакомцев. Они представились: агент Грей и Зои Бентли. Кто такая эта Зои, тоже агент ФБР или полицейская, Джулиет не поняла.
– Джулиет, – начала Зои. – Мы надеялись, что ты постараешься что-нибудь вспомнить. Это очень поможет нам поймать преступника.
Вспомнить… Меньше всего ей сейчас хотелось вспоминать!
– Я уже говорила детективу… ничего не помню. Только как ехала домой, а потом… – Она слабо покачала головой.
– Он дал тебе психотропное средство, – объяснил агент Грей. – Рогипнол. Его побочный эффект – амнезия на последние события.
Джулиет заморгала.
– Рогипнол? Это же… наркотик для изнасилования, правильно? Он…
– Изнасилования не было, – быстро ответила Зои.
Откуда она знает? Может, Джулиет осматривали, пока она спала? При мысли, что этот человек ее трогал, по коже у Джулиет побежали мурашки, и глаза затуманились слезами.
– Я ничего не помню. Не знаю, что вам рассказать. – Говорить было тяжело. Язык словно распух и едва шевелился во рту.
– Даже самая крохотная деталь может очень нам помочь, – сказала Зои. – Значит, как ехала домой, ты помнишь?