Глава 32
Господь миловал. Отец лишь спросил, чего я сразу ему не рассказал.
— Сам хотел разобраться, — вру ему, так как просто был уверен, что им мужья сами наваляют за пьянство. Не учёл специфику контингента.
— Зря, ты пацан еще, а с мужиками старший должен разбираться, — назидательно сказал отец и ушёл в туман.
На следующий день начал сборы в дорогу. Что настоящий путешественник берёт в первую очередь? Правильно — покушать и выпить. Четыре бутылки коньяка почти добили мои запасы спиртного, но его надо брать, ведь в мои шестнадцать лет купить бутылку сложно. Заранее приготовил самодельную сумку под запасы еды. Пока она лежит в холодильнике, и там внутри нее только сало. Но уверен — будет забита доверху. Возьму, в том числе, и растворимый бразильский кофе, раз бабуля от него отказалась. Кладу в рюкзак спортивный костюм, поеду в обычном, в поезде уже переоденусь и повешу его на вешалку, чтоб не измялся. Вот такой я хитрый, не без советов бабки, конечно. Беру записи Зиночки, свою тетрадку с шифровками, учебник истории один за восьмой класс, можно было и его не брать, ведь уже прилично вызубрил все темы. Ещё раз сходили с бабулей в магазин и, наконец, купили нормальные туфли с тупым носком под костюм. Кеды тоже беру, несмотря на обещанные кроссовки. Немного подумав, кладу в рюкзак и магнитолу — пригодится, хотя и нелегкая она. Зимние вещи решаем не брать, а купить на месте, расспросив аборигенов.
— Мало ли что там носят, — резонно замечает старушка.
Парочка рубашек поприличнее, прочий мелкий шмот, мыло, зубная щётка и паста — после посещения стоматолога я максимально серьёзно решил отнестись к уходу за зубами, хоть и хорошая у меня наследственность, судя по бабке и отцу. «Но береженого бог бережёт, — сказала монашка, натягивая на свечку презерватив». Кстати, о презервативах, в толяновских запасах обнаружил четыре штуки резиновых изделий советского производства, парочку из них я даже несколько раз с собой брал, например, когда к Александре ездил. Не пригодились. К слову о боге — крестик вешать на шею не стал, а положил в одно из отделений рюкзака к фоткам мамы с папой и бабушки в орденах, были такие у нас в монструозного вида синем альбоме. Все фотки подписаны, где, кто и когда, по моде тех лет. Я полистал альбом, вспоминая свою, вернее Толика, жизнь. Мама красивая была, жалко, не в неё я.
Не взял я и шикарную кепку. Толян её любил, и носил везде, чуть ли не спать в ней ложился, а я предал его мечту. Босяцкая такая кепка, с моим новым имиджем не вяжется. Ещё взял бритву электрическую, волос у меня на лице не было, но Толик несколько раз пытался бриться, веря, что если начать брить, то волосы быстрее расти будут, очень уж хотел бороду иметь. «У тебя есть борода, и я скажу тебе да», — так пелось в одной известной песне. Пытался и другие песни вспомнить, но полностью не смог ни одну, не любитель я завываний. Хотя неделю назад я, мучимый информационным голодом, вспомнил ряд строчек и даже записал их. «Плачет девушка в автомате», — фальшивил сейчас я.