— Ох, извините, дорогие товарищи… Вроде бы недавно два места освободились, прошу на второй этаж.

В любом советском ресторане всегда были свободные места как раз для вот таких гостей, спорящих деньгами, и этот не был исключением.

На втором этаже полумрак и негромкая музыка. Пацанов встретил вежливый метрдотель. Если гости прошли сюда, значит, швейцара на входе устроила их платежеспособность.

— Два места в углу, — небрежно сказал Славян. — И официанта побыстрей.

Свою фразу он подкрепил ещё одной сотенной бумажкой, сунутой в нагрудный карман уже метрдотеля.

— Да, да, конечно, уважаемые товарищи. Прошу вас. Как раз свободное место в углу.

Жека со Славяном как успешные молодые люди, расселись на показанном месте. А оно и в самом деле было очень хорошим. Сзади за огромным стеклом размером от пола до потолка открывался замечательный вид на главный городской проспект, а если посмотреть в зал, то весь зал перед глазами. На улице Жека заметил Митяя, сидящего на лавочке недалеко от ресторана.

— Чё заказывать-то будем? — спросил Славян, листая меню. — Индейка жареная с гарниром. Во! Я эту. И заливную севрюгу. Пить… Боржоми.

— Да я не знаю… Чё тут у них… — Жека пролистал меню.

Телятина жареная, ветчина с гарниром, ростбиф, язык говяжий… Никогда не ел, не пробовал, и даже пробовать не хотелось непривычную еду. Супа бы горохового мамкиного с печёночной колбасой вприкуску…

— Я тоже закажу, что и ты, — решил Жека. — Не люблю выбирать.

С малолетства привык он к простому. Одним штанам, одной кофте, и одним тапкам. Да и сейчас, когда уже ворочал тысячами, босяцкая привычка осталась. Хоть одежда и подороже стала, но было её крайне мало, чтобы не приходилось выбирать. Так же и еда… Борщ из костей, гороховый суп с курицей, уха из кильки в томатном соусе, готовые котлеты по 16 копеек, чуть отдающие протухлятиной, что продавали с алюминиевых поддонов, и остроугольные пельмени машинной лепки за 1 рубль 70 копеек, что ел весь Союз — вот и все деликатесы, что могли позволить родители Жеки. Разве что варёная и склеенная в ком вермишель, и жареная картошка с ржавой селёдкой разбавляли это убогое меню. К этому он привык сызмальства.

— Что пить будут уважаемые товарищи? — почтительно пригнувшись, спросил слащавый длинноносый официант с зачёсанной направо чёлкой и тонкими усиками.

А что тут было заказывать… Пацаны пришли на работу, а не бухать. Но если не заказать спиртное, могут обратить внимание, поэтому Жека заказал обоим коньяка по сто. Хватит, чтоб не выделяться.

Обстановка в зале была приличная. Небольшая музыкальная группа играла известные мелодии, чередуя их одну за другой. Две пары танцевали, по виду, из мажоров. Однако солидная взрослая публика чинно-благородна сидела в полумраке, освещаемом лишь шарообразными светильниками на столах.