— Вот и твоя интердевочка, — рассмеялся Жека, сидевший впереди. — Запускайте кто-нибудь.
— Чёёё так дооолгооо? — обиженно протянула Пуща, садясь в распахнутую заднюю дверь, и тесня Славяна. — Я уже навстречу пошлааа.
— Чё родителям сказала? — обернувшись спросил Жека. — Вернёмся-то поздно, наверное. Я своим ничё говорить не стал. Пофиг. Пусть орут.
— Неет, мальчики, я сказала, — жеманно возразила Пуща. — Я девочка хорошая, примерная, и вообще зайка. Сказала что пойду на день рождения к подруге в ресторан. К Светке Сахаровой.
— А они чё?
— Сказали, чтоб Слава потом проводил до квартиры. И чтоб приехали к 12. Ты же проводишь, даже Слава? — Пуща с невинной рожицей посмотрела на Славяна. Хотела положить голову ему на плечо, но вспомнила, что с причёской, и резко отдёрнула, ойкнув. Это вышло так смешно, что пацаны заржали во весь голос. Засмеялся и Митрофаныч, подглядевший цирк Пущи в салонное зеркало.
— Чё вас, парни, к железнодорожному? — смеясь и блестя в зеркало стальными зубами спросил он.
— Да.
— Щас быстро домчим, за десять минут. Тут ехать-то…
И в самом деле, доехали быстро. Десять минут и вокзал. Дороги уже пустые почти. Суббота. Вечер. Идти некуда. Люди уже кто по домам, кто во дворах. Однако если на улицах народу уже было маловато, то на вокзале непрекращающаяся суета. Объявляют электрички, автобусы. Народ туда-сюда. Уже потянулись за город дачники…
Москвич тормознул на стоянке такси у железнодорожного вокзала.
Глава 19 Если ты пьешь с ворами…
— Ну чё, парни… Может, подождать вас тут? Я могу, — даже как-то заискивающе и подобострастно спросил Никифырыч.
— Не надо. Мы тут надолго можем зависнуть, — отказался Жека, и кивнул головой на машины такси с зелёными шашечками. — Тут тебя быстро подрихтуют вон те. У них тут своя мафия. Уедем сами. Спасибо, Никифырыч. Вот тебе пятак. Как и добазаривались. Если надо, ещё позвоним.
Проводив взглядом застрекотавший по улице Москвич, молодая банда пошла на гулянку больших воров.
Ресторан «Гудок», как и следовало из названия, находился на первом этаже железнодорожного вокзала, в левом крыле, более отдалённом от центральной части, от залов ожидания, комнаты отдыха и билетных касс. В вестибюль вели три больших двери. Одна прямо из вокзала, через зал ожидания. Сейчас она была закрыта изнутри. Вторая дверь с железнодорожного перрона, где сейчас находилось десятка два автомобилей, довёзших пассажиров прямо до входа, невзирая на запрет движения автотранспорта по посадочной платформе. И третья со стороны города. К этой-то двери и шла банда Жеки.