— Не-а. Не хочу.
Постояла, по девичьи скрестив ноги ступнями одну за другую, покурила, потом неспеша подошла к Жеке, и погладила его по волосам. Зелёные глаза словно мерцают в свете огней домов.
— Это чё у вас тут за висячка? — прогудел подошедший Митяй. — Чё пьёте?
— Ничего, — ухмыльнулся Жека. — Завтра напьёшся. Да, Светик? Нальёшь нам?
Видно, задел неприятную для неё тему. Хотела что-то сказать в ответ, но вдруг расплакалась, размазывая слёзы тонким кулачком по лицу.
— Ну ты чё? Ты чё, Свет? — растерялся Жека. Встал с лавки, подошёл, обнял так крепко, как только мог.
— Ну всё хорошо же, малыш… Всё хорошо будет. Отвечаю.
— Я знаю, Жень. Наверное, будет, — неуверенно улыбнулась Сахариха. — Ладно. Пойду я домой.
Помахав на прощание, Светка пошла домой, в подъезд. Жека поднял голову и увидел в освещённом окне третьего этажа массивную фигуру Сахара. Полоснуло по сердцу беспокойство. Как оно будет? Как всё пройдёт? Обычно у людей праздник — это здорово, здесь же всё наперекосяк.
— Ну чё… Пацаны и… Пацанки, — Митяй с усмешкой посмотрел на Пущу. Завтра вместе пойдём?
— Конечно вместе, — Жека даже с каким-то недоумением посмотрел на корифана. — Чё мы раздельно-то потащимся туда? И не пойдём, а поедем. Тачку поймаем.
— Где ты её поймаешь, в субботу вечером? — возразил Славян. — Дороги пустые. Все по домам. Если только такси вызвонить. Так они то-ли приедут, то-ли нет. Будешь тут торчать в темноте.
— Может, мужика того, на Москвиче вызвонить? Митрофаныча? — предложил Митяй. — Он же говорил звать его, если калым будет.
— На Москвиче ехать туда… — с сомнением покачал головой Жека. — Ему лет 15 по виду.
— Тебе какая разница? — возразил Славян. — К вокзалу ты всё равно не подъедешь. Он остановит на стояке для бомбил. Там ещё метров 100 идти пешком. Крутые-то по перрону прямо к кабаку поваливают, через служебные ворота. А мы пройдёмся. Нам чё. Давай, Жека! Чё думать-то! Я позвоню от соседки, пусть мужик подгребает сюда полседьмого, к нашему дому, и отсюда двинем.
— А мыыыыы? А яяяяя? — жалобно протянула Пуща.
— А за тобой заедем! — непреклонно сказал Славян, и ссадил её с коленей. — Всё! Пошли, я тебя провожу, и по домам!
Дома опять немного потренировался. Копчик всё ещё побаливал, но уже не так сильно. Молодой, заживает быстро. Зашёл Серый. Поиграли в шахматы. Потом в карты.
— Вы чё, к Сахарихе завтра поедите? — осторожно спросил Серый, складывая карты в колоду.
— Да. И это мне звиздец как не нравится.
— Почему?
— Потому что мы никто перед ними всеми.
— Будь осторожен, братан…
Утром, часов в 11, зашёл Славян. Сказал, что дозвонился до Митрофаныча. За пятак довезёт до вокзала. Приедет полседьмого.