— А чё я не знаю тебя?
— Так я недавно работаю. Я на практике тут, — объяснил Жека. — Я тоже не знаю, кто вы.
— Я — Николай Сергеич Матвеев, профорг завода. А ты чё, неопрофсоюженый у нас?
— Нет, — с недоумением ответил Жека, предвидя опять какую-то фигню. — Даже и не говорил никто.
— Ладно… Завтра в контору приходи до обеда, в профком, и пять рублей возьми на взносы. Будем заявление писать на вступление в профсоюз.
— Куда мне идти-то? — спросил у механика Жека. — Чем заниматься?
— Иди в машинный зал. Там ребята собирают уже. До конца смены с ними будешь.
В машинном зале уже почти собрали компрессор. Протянули гайки, проверили задвижки и трубы. Сделали пробный запуск. Вроде работает. На пуск сбежалось всё начальство — директор, главный инженер, механик. Посмотрели, что работает чисто, ровно, похвалили работяг. Потом неспеша пошли в контору.
— Щас ещё коньячку у директора дёрнут, — завистливо сказал Санёк, уже порядком прихмелевший. — Директор поди ещё и премию им выпишет за улучшенные показатели в ремонте.
— А вам? — недоумённо спросил Жека. — Вы ж Витьком ковырялись.
— А нам… на двоих хрен пополам! — рассмеялся Витёк. — Какие когда премии были тут? У нас работа почасовая. И платят за неё по часам, а не по итогу. Ладно… Собирай инструменты, студент… Скоро домой.
Вечером спецом Славяну предложил посидеть перед подъездом Сахарихи, зная, что она нет-нет, да смотрит в окно. Может, и выйдет… Заходить не хотелось — девятина Сахара торчала на стояке. Так и получилось. Когда совсем уже стемнелось, вышла. Да не одна, а с Пущей. Походу, зависали вместе весь вечер.
— Опа!!! Это кто? — прикольнулся Славян.
— Звезда в кожаном пальто! — в ответ прикольнулась Пуща, и с разбегу хотела прыгнуть ему на колени, но он убрал ноги в сторону, и она чуть не грохнулась задницей на землю.
Однако Славян поймал её под мышки, как будто невзначай коснувшись острых грудей, рывком поднял, и затащил на себя. Всё это не выпуская сигареты из уголка рта.
— Чуть не промазала! — заржал он. — Оксанка! Из тебя снайпер не получится!
— Я и не буду снайпером! Я торговать буду! — капризно заявила Пуща, и обхватила его руками за шею, положив голову на плечо. Славян выкинул сигарету, погладил девчонку по волосам, коснулся их губами.
— Хахаха! — ехидно рассмеялась Сахариха. — Чё за нежности! Вот так надо! Я великий каратист!
В шутку замахнулась ногой в трениках, как будто собираясь пнуть Жеку.
— Сдаюсь! Сдаюсь! Сдаюсь! — заржал Жека, поднимая руки. — Иди сюда, мой победитель!
Однако вреднюка Сахариха отрицательно кивнула головой, отскочила на пару метров, и закурила сигарету.