— Саша, сегодня никуда не поедем. Езжай сразу домой, на Ленина, — распорядился директор.
— Хорошо, Михаил Андреевич, — услужливо ответил водитель, и тронулся площадки у конторы. Проехал мимо вишнёвой девятки Крота, казалось, спавшего, но Жека увидел, что он внимательно следит за обстановкой.
Ехать недолго. Жил директор в центре города Берёзки. И мамо собой, не в обычной панельке, а в доме стиля сталинский ампир. Хоть город и рабочий, были в нем и такие здания, где квартировала партийная и горисполкомовская верхушка, директора и главные инженера шахт. А теперь ещё кооператоры и крутые.
В Н-ке таких домов был целый Центральный район. Огромные 6 и 7 этажки целыми ансамблями наполняли его. С колоннами, арками, эркерами, балюстрадами. С часами на башенках. В Берёзках дома были попроще, но считались тоже элитными. С громадными квартирами и потолками с гипсовой лепниной.
Директор шахты жил на втором этаже, как и положено уважаемому человеку, в большой 4 комнатной квартире. Жека никогда не видел, как живут руководители предприятий. Он был у Сахара. Для советского времени авторитет жил офигенно круто и богато. Импортная теле и видеотехника, аудиоаппаратура высшего класса, дорогая мебель, одежда, средства гигиены, продукты, дорогая машина. На большее Сахару не хватало ума, да и было не нужно. Стал бы вот он коллекционировать старинные книги, иконы, картины? Да ни за что. Сахару нужен был лишь уровень ништяков, известный каждому. Директор шахты был не такой. Его квартира напоминала музей.
Обстановка выполнена в античном стиле. Колонны, портики, безрукие статуи баб. Огромные амфоры, блюда, висящие на стене. Много картин, фресок. Бархатные багровые портьеры с золотыми кисточками на концах. На полу паркет.
Директор переобулся в домашние тапочки, взял дипломат, и пошёл в глубь квартиры, но потом развернулся, как будто вспомнив, что привел с собой охранника.
— Можете присесть в комнате для прислуги. Ваш коллега обитал там же, пока дежурил. Комната сразу у двери.
Жека открыл дверь комнаты для прислуги, и офигел — обстановка лучше, чем у них дома. Ковры на стенах и на полу, а где не ковры, там обои и паркет. Люстра хрустальная. Кровать, накрытая импортным пледом, кресло, телик в углу. Отдельный от господского туалет и ванная. Да здесь жить можно!
Жека сел в кресло и расслабился. Но тут в коридоре послышался приятный женский голос.
— Илюша, ты как учудишь, так учудишь… Нельзя же так… Человек же живой!
Хоть дверь была и открыта, в неё постучала изящная женская рука.
— К вам можно, молодой человек?