— Чё заказывать будем? — Жека полистал меню, и понял, что не особо и есть-то охота.

— Давай я за тебя выберу! Ты мужик, и должен есть хорошо! — Сахариха забрала меню и назаказывала всякой дряни, по своему вкусу. Омлет с грибами, телячью отбивную, жульен с курицей и шампиньонами. Бутылку белого вина.

Славян с Пущей заказали харчо и зразы с гарниром. И водочки, само собой. Пуща крепким не брезговала. Жека поглядел на ароматный дымящийся харчо, и подумал, что вот хорошо бы такой супчик, но сам виноват, не стал меню читать. Да и пофиг в конце-то концов…

Сахариха с аппетитом ела и пила. За столом она себя вести умела. Знала, в отличие от Жеки, какой рукой держать нож, а какой вилку, да и в целом ориентировалась в столовых приборах. Жека тоже знал. По курсу «Предприятия общественного питания». Но если ему приходилось что-то вспоминать, лезть в память, то Сахарихе, привыкшей с братом накоротке забегать в такие кабаки на завтрак, обед, и ужин, это казалось совершенно естественным. Немного захмелев, она захотела потанцевать.

Ресторанная группа «Воробей» была довольно известна в городе. Постоянно были статьи в местной газете, что ничем не хуже они московских групп, играют и каверы, и свои песни в стиле диско и поп. Но на работе они всегда лабали нечто блюзовое, располагающее к медленным танцам в полумраке. Вот и сейчас у сцены под медленную мелодию с солирующим саксофоном, положив головы на плечи друг другу, умирали несколько возрастных пар.

Сахариха вверглась в этот уютный мирок интима совершенно нагло и беспардонно, сунув сотню лабухам, и приказав им играть то, что нравится ей. А нравилась ей как раз диско-группа «Кристина», только-только начавшая раскручиваться. Музыканты были профессионалами, и могли изобразить, что угодно. Блюз стих. Зажёгся свет.

— А сейчас для нашей дорогой гостьи Светланы Александровны Сахаровой исполняется песня «Снег на розах», — объявил один из музыкантов, длинноволосый парень в джинсовке.

Конечно, музыкантам, хотелось играть модную музыку, испытать себя в драйве, ритме и кураже. Сначала негромко, потом всё громче и громче затеребенькала бас гитара, отбивая простой четверной диско-ритм. Тут же включился ударник, попав в ритм. Разогналась соло гитара в руках длинноволосого, и наконец-то вступили клавишник и саксофонист, заиграв основной мотив.

Это был вечер Сахарихи! Как она танцевала! В гордом одиночестве, ведь пацанам, так же как и Пуще, как-то неловко было включаться в веселье. Но потом Пуща выдохнула, замахнула стопарь, хлопнула розовыми ладошками по джинсе, и побежала спасать лучшую подругу. И теперь уже две оторвы танцевали прямо перед группой. То выставляя ножки в красивых позах, то ручками топорща волосы, а потом откидывая их назад, и поднимая ручки вверх. Замигала цветомузыка на потолке зала, а потом несколько разноцветных прожекторов загорелись, и сосредоточились на девчонках.