Посередине длинный стол, во главе которого другой стол, похожий на директорский. Там в кожаном кресле сидел, и пил чай из большой пиалы пожилой кавказец в кожаной куртке, и с белой круглой шапочкой на голове. Увидев Жеку, он отставил чай, и показал рукой на стул в конце стола. Сюда просто так не приходили, спросить, сколько стоит мясо. Приходили только по делу. По большому делу.
— Мне Шамиля надо. Я от Вени, — сказал Жека.
— Я Шамиль. Чего надо уважаемому Вениамину Людвиговичу? — кавказец на удивление хорошо разговаривал по-русски. Да и в целом казался человеком интеллигентным, воспитанным старым, ещё тем самым СССР.
— Мне подарок надо для девушки. Сказал, вы поможете.
— А… Хахаха! — рассмеялся Шамиль. — Да. Ну как же я не догадался сразу. Пойдёмте. Пойдёмте-пойдёмте, молодой человек.
Шамиль вытащил из ящика стола связку больших ключей, и позвал Жеку обратно в коридор. Там отворил первую же железную дверь, и показал на стойки, заполненные одеждой, но что это была за одежда! Жека сразу понял, что стоит она бешеных денег! И похоже, явная контрабанда, доступная только своим.
Там висело сексуальное бельё. Прозрачные комбинезоны с вырезами и значками Плейбоя. Невесомые, почти невидимые трусики и лифчики, купальники размером с волосину. Такое никогда бы не стали продавать ни в советском магазине, ни на барахолке. Это был запрещённый к продаже товар. То же самое, что порнография на самодельных чёрно-белых фотографиях, продаваемых пацанами друг другу за рубль. Однако… Жека понял, что вот этого у Сахарихи точно нет! И хрен с ним! Пусть даже выкинет, или даст в рожу, но он ей всё-таки это подарит, чтобы увидеть хотя бы тень смущения на её наглой рожице!
Жека взял прозрачные нейлоновые трусики и бюстгальтер, прикидывая, подойдут ли они Светке по размеру. Но кавказец подумал, что Жека сомневается в покупке, прикидывая, потянет ли деньгами, и осторожно коснулся плеча Жеки.
— Это отличный подарок современной девушке. Поверьте мне. Недовольных ещё не было.
— Сколько?
— Двести рублей. С упаковкой двести двадцать.
— Беру, — Жека достал из кармана две сотенных бумажки и два червонца, среднюю месячную зарплату по СССР, и отдал кавказцу.
Тот аккуратно свернул вещи, осторожно упаковал в яркую блестящую розовую плёнку, похоже, импортную, положил в импортный пакет с надписью «Montana» и красоткой в джинсах, и уже этот пакет, чуть свернув, положил в обычный советский белый с надписью «С Новым годом» и зелёной ёлкой.
— Всего хорошего вам и вашей даме, — Шамиль слегка улыбнулся, и показал на выход.