График прислал. Я уточнил — а не налюбилово ли это хитрое, от похитителя? Но судя по всему — выходило, что нет. Трансляция шла через ретранслятор с планеты, открытым сигналом Имперской кодировки. Если бы это и пособник какой-нибудь злостный, или соучастник — он бы сейчас перед всеми пиитами системы громко крикнул «а вот он я!» Ну а поскольку в эфире воплей «держите-хватайте!» не наблюдалось, решили мы поверить.

— Даймё, — задумчиво обратилась ко мне Мари, когда мы вернулись на нашу плавильню-базу. — А у них вообще воруют? Ну я подумала — прилетают, забирают ресурсы. Может, ошибка калькуляции…

— Крайне маловероятно. Один раз — да, возможно, но не в тех объёмах, не теми масштабами. А, главное, они искали похитителя, и ищущие модули были повреждены.

— А чем повреждены — не сказали, дурачьё кибернетическое! — буркнул Бронзовый.

— Сказали, в своём стиле, — хмыкнул я. — Повреждения от объектов…

— Так это не похоже на снаряды!

— Потому что это не снаряды, а небольшие астероиды, Эмик. И разгоняли эти астероиды, похоже, дроны. Иначе разговор бы был не о «повреждениях», а о жертвах.

— Ладно, уговорил, — проявил неслыханное великодушие Инвиктус.

В общем, занялись мы тренировками. Пару раз появлялись транспортные модули-корабли пиитов, но в эти разы не выпендривались: и сами отвечали, и со Сто сорок девятой подтверждение присылали. Очень противно и снобски, но тут Эмик показал себя во всей своей бронзовой красе и Величии. После его изящных сентенций пииты со Сто сорок девятой перестали занудно трындеть, а начали бурчать «Это наш. Конец связи!»

И вот, Вили с Вё радостно сообщают: всё, дешифровка закончена, и они с пиитскими механизмами «нашли общий язык».

— Даже проще, чем с Имперской техникой. Меньше защитных протоколов и блокировок, — довольно заметил Вили.

— Но аппаратно прописанная иерархия отдающих команду, — отметила Вё.

— Это, в смысле, аппаратно прописано, на уровне микросхем вычислителя, кто и в каком приоритете отдаёт приказы? — удивился я.

— Так, хер дюк.

— А это как?

В ответ близнецы начали мычать, кидаться в меня столь тяжеловесными формулами, что чуть синяков не понаставили. Всё, что я понял, так это то, что «вычислителя» эти машины не содержали, а сами были одновременно и рабочими механизмами, и вычислителем. Ну и микросхемы, процессоров и всякого такого не имели, выполняя их функции собой.

И вот, в процессе этого мычания и закидывания меня тяжеловесными и неудобоваримыми формалами Хло сообщает:

— Транспортный модуль!

— Опять регламентный… хотя нет, по графику ещё часов шесть, — сверился я с графиком. — А Сто сорок девятая… Нет связи, — уже с азартом констатировал я.