Ноль сообщений. Пусто. Словно никто и не вспоминал о ней

— Чёрт! — глухо выругалась Рита, сжав кулаки. Грудь сжала боль, почти паника. Она отвернулась к окну, где за стеклом в сгущающейся темноте проносились рваные силуэты деревьев, покосившиеся дома, мелькающие огни редких станций. Всё казалось бесконечно далёким. И чуждым.

Дверь в купе отъехала с лёгким скрипом. Привлекая внимание единственного его обитателя.

— Девушка… — раздался спокойный, чуть насмешливый голос. — Не стоит так кричать.

В проёме стояла та самая проводница — невысокая, с собранными в тугой пучок волосами и натренированным лицом человека, повидавшего слишком много.

— У нас, знаете ли, в поезде есть наряд транспортной полиции. Один неосторожный тон — и они к вам заглянут не спросить, как дела, — её тон был сух, но в голосе промелькнули искры чего-то… может, сочувствия. — К тому же, половина вагона — это служивые, с полигона едут. Я бы не советовала будить их раньше времени.

Она быстро придвинула к себе рюкзак, почти машинально. Стараясь выглядеть собранной. Холодной. Но внутри всё кипело. Горело.

— Простите… — тихо произнесла Рита, чувствуя, как внутри всё сжимается. — Больше не повторится.

Проводница задержалась у двери ещё на пару секунд, бросила взгляд на её дрожащие пальцы, зажимающие телефон.

— Ты от кого-то очень ждёшь вестей, да?

Рита подняла глаза. В них — растерянность. Страх. Надежда.

— Да…

Проводница кивнула, и вдруг сказала уже мягко, почти по-матерински:

— Ладно. Сиди тихо. Связь тут плохая — но иногда ловит между станциями. И бесплатный вай-фай, тоже, не всегда хорошо работает. Надеюсь ты получишь новости. И… попробуй немного поспать. Всё кажется страшнее, когда ты не выспалась.

Больше ничего не сказав, она вышла, прикрывая за собой дверь.

В купе вновь стало тихо. Только поезд — глухо постукивал, будто отбивая такт её тревожным мыслям.

За окном проплывали ночные огни. Где-то вдалеке мелькнул старый указатель станции, на котором не было видно ни одной буквы. Всё стиралось. Всё становилось неузнаваемым.

Рита медленно вернулась к экрану. Попробовала другой мессенджер — тот, которым пользовался Серёжа чаще.

Двухфакторная защита… Конечно. Рита прикрыла глаза и стиснула зубы. Вот почему всё должно быть таким сложным, именно когда это так важно?

Сим-карта — её настоящая — всё ещё хранилась в зеркальце. Там же, где отражалась она сама: уставшая, взъерошенная, с потускневшими глазами и дыханием, которое всё чаще сбивалось на полпути. Она устала. Слишком. Но сдаваться сейчас? Даже мысль об этом казалась предательством.