Взорвись у тебя, сука, башка.

И — мир остановился.

Нет, не метафорично. В буквальном смысле. Всё вокруг на секунду вытянулось, как фото, растянутое руками. Пространство пульсировало, как сердце, страдающее от аритмии. И где-то там, за пределом слуха, шёл звук. Глухой. Сдавленный. Растущий.

БУМ.

Его голова лопнула. Как спелый арбуз под молотом.

Пульсация прекратилась. Только вместо тишины пришёл звон в ушах, будто рядом грохнул разряд молнии. Я моргнул. Дважды. Сердце колотилось, как бешеное.

Монстр всё ещё стоял. Только без головы.

Из шеи бил фонтан вязкой, раскалённой жидкости — не крови. Это был тот самый оранжевый неон, что я видел раньше, но теперь он пульсировал, словно прощался.

Его колени дрогнули. Тело качнулось… и повалилось на бок, с глухим, мясистым звуком. А за ним — вспышка. Не ослепляющая, но тепловая. Волна жара прокатилась по комнате. После чего его тело начало растворяться, оставляя после себя лишь россыпь кубиков.

— Вейла… что это было? — не успел я продолжить свою мысль, как мою голову захватила плотная волна боли, выбивая разум куда-то за пределы моего организма, оставляя лишь одни инстинкты.

* * *

— Твою ж мать… — голос хрипел, словно я всю ночь курил наждачку. — Ощущение в теле… словно по мне пробежалась стройная рота бегемотов… и осталась на перекур.

Я с трудом поднялся, опираясь на ладони. Тело отзывалось тупой, но уже не смертельной болью. Голова гудела, но не так, как пару дней назад. Пространство постепенно собиралось обратно в кучу, как стекло, которое только что кто-то намеренно разбил, а теперь лепит куски на место.

Свет заката лился через окно, окрашивая комнату в цвет выжатого апельсина. Мягкие лучи стелились по полу, будто старались извиниться за то, что оставили меня наедине с тем… с чем бы лучше не сталкиваться без танка, огнемёта и доброй волшебной феи с аптечкой.

Я осмотрел комнату. Мой личный пентхаус в аду. Как всегда, всё на месте: разбросанные вещи, пустые бутылки, затертые бинты, пара кубиков рядом. Недалеко валялся набор швеи.

Рука машинально потянулась к бедру.

Никакой дыры. Ни крови, ни ожога, ни даже синяка. Только затёкшая кожа и легкий след, как будто кто-то стер всё ластиком, но не до конца.

— Что за… — пробормотал я, провёл ладонью по плечу. Там, где раньше была царапина с пятью неровными рваными краями, осталась лишь гладкая, чуть холодная кожа.

— Вейла? — Я поднял взгляд, словно она могла материализоваться где-то в углу.

— На связи, Алекс. — её голос отозвался в голове, как тёплый кофе после бессонной ночи. — Радует, что ты не умер. Хотя с твоей способностью находить приключения… это было бы закономерным.