Я свернул в ответвление подъезда, и подошёл к первой доступной двери — квартира под номером девяносто три. Обивка старая, но замок новый, будто дверь меняли недавно.

Рука легла на рукоять вакидзаси. Ножны немного покачнулись в воздухе. Тишина. Ни шороха, ни звука — настораживающе знакомое затишье. От Вейлы ни сигнала ни реплики. Видимо, сильно занята своими апгрейдами, а значит полагаться придётся только на себя.

— Ладно… — пробормотал я себе под нос. — тренировка чувств в боевых условиях. То что надо.

Я прислонился лбом к прохладной двери, положив ладонь чуть выше замка. Вдох. Медленно, ровно. Внутри всё сжалось от напряжения, но я попытался поймать то странное ощущение, когда у чудища лопнула голова. Прохладная пульсация где-то внутри черепной коробки, прям на стыке ствола головного мозга и спинного мозга. Шар. Центр. Источник. Не знаю, как это лучше называть.

Мысль будто тень, полетела внутрь. Не как команда, скорее небольшой импульс. Рябь на воде. И тогда это началось.

Мир передо мной развернулся. Без цвета, но чётко. Как если бы я смотрел сверху, сквозь потолок, сквозь бетон и стены. Пространство квартиры вырисовывалось в голове, как чертёж, наложенный на мои чувства. В углах, в пустотах, за дверьми. И в этой призрачной «картине» я увидел их.

В ванной один, классический тип. Серо-пепельная кожа, костлявые пальцы, слишком длинные для человека. Он сидел на корточках у ванны и что-то водил по кафелю. Как будто вспоминал себя в прошлом. Его движения нервные, резкие, с судорогой, но при этом очень тихие. Сейчас я мог их уловить, в отличие от прошлого раза.

В спальне ещё двое. Меньше ростом, но от этого не менее причудливые и жуткие. Один скрючившись ползал по полу, другой стоял у окна, покачивая головой, пытаясь словно уловить вибрации воздуха. Они были бдительны. Нервные. Мне казалось, что они чувствуют меня.

И тут удар. Острый и режущий. Боль пронзила виски, будто раскалённая проволока протянулась через череп. Я захрипел, зажав рот рукой, чтобы не закричать и не привлекать внимание чудищ. Колени подкосились, я рухнул на холодный пол, сильно прикусывая руку, и пытаясь вдохнуть хоть каплю воздуха.

— Алекс! — голос Вейлы вспыхнул прямо внутри черепа, как огонь в темноте. — Ты что натворил⁈ Стоило мне отвлечься, и ты сразу влез куда не надо!

Я не мог ей ответить. Да и не был уверен, что способен. Зубы сами вжались в запястье, сдерживая крик. Внутри всё словно выгорело. Будто тысячи иголок пронеслись вдоль позвоночника, пробежали по рёбрам, обожгли глаза. Мышцы сводило, дыхание сбивалось, а разум шатался, как старый мост в ураган. Всё тело стало чужим.