— Отдохнуть? — губы Сергея исказились в жуткой ухмылке. Он резко дёрнулся, будто хотел вырваться из наручников, но вместо этого со всей силы ударился головой об металлический стол.

— Что вы делаете? — неожиданно привстал мужчина, и оперевшись руками на свой стул, командным голосом прикрикнул. — Охрана, сюда!

На его призыв сразу вбежала четверка однотипных крупных мужчин, которые резво обездвижили Сергея, и запрокинули ему голову вверх, вставляя небольшой пластиковый цилиндр в зубы, дабы подозреваемый не прикусил себе язык.

— Держите его, я за врачом. — выйдя быстрым шагом из комнаты для допроса, майор направился к ближайшему коммуникатору внутренней сети, и авторизовавшись, запросил штатную бригаду медперсонала к его подопечному.

Не прошло и минуты, как он дождался тройку медицинских специалистов около входа в их рабочую зону. И вся группа бегом направилась к необходимой комнате.

Тяжёлая дверь со скрежетом поддалась, и лампы в коридоре дрогнули, отбрасывая на стены длинные тени. Запах в комнате ударил в нос мгновенно — смесь пота, металла и чего-то тёплого, солоноватого, почти медного.

Свет резанул по глазам, выхватывая из полумрака допросной фигуру, скрюченную в углу комнаты. Четверо охранников сомкнулись вокруг молодого мужчины, чьи запястья, закованные в наручники, были исполосованы свежими ссадинами. Его ногти, грязные и сломанные, вонзились в собственные ладони так глубоко, что между пальцев сочилась кровь, капая на холодный серый пол.

Губы парня дрожали, а по подбородку стекала густая алая струйка. В зубах не было пластикового цилиндра, а его лицо дергалось в мимическом танце. То становясь по детски наивным, то оскалившись гримасами ужаса.

— Саша… — имя текло из него, будто проклятие, будто последняя нить, удерживающая его на грани между человеком и зверем.

Глаза — безумные, расширенные — то метались по лицам людей вокруг, то вдруг застывали, устремляясь в пустоту, туда, где не было ни стен, ни времени.

— Саша… — снова, слабее, прерывистее.

Грудь вздымалась неровно, дыхание срывалось на кашель, смешанный с кровавыми брызгами. Он улыбнулся — уголки губ дернулись, но в этой улыбке не было ни радости, ни надежды. Только ужас.

Майор молча шагнул вперёд, окинув взглядом происходящее.

— Чёрт, — выдохнул кто-то из персонала.

А Сергей продолжал повторять это имя, тише, глуше, словно пытался удержаться за него, как за единственную спасительную нить в бездонной тьме.

* * *

— Артём Артёмович? — неловко обратился лейтенант к мужчине, который казалось о чём-то задумался.

— Всё нормально, Гена. К завтрашнему утру мне всю информацию, которая есть у нас на Вишневского. Со всех отделов, пользуйся директивой «восход».