Я последовал совету змеи и решил затаиться. Спрятался в пещере, на которую набрёл в тумане. Было темно и сыро, у меня ведь с собой даже зажигалки не было. Вот я и отсиживался в тёмном углу один.

Через некоторое время я стал чувствовать что теряю связь с этим местом, плоть моя становилась всё более материальной и всё менее прозрачной, я стал острее чувствовать холод. В какой-то момент силы покинули меня, я просто сел в углу пещеры и заснул.

Открыл глаза я уже в своей кровати, утреннее солнышко ярко светило в лицо, намекая мне на что-то в духе: «чё разлёгся, у тебя ваны голодные, пшёл работать!». Рядом на лавке сидела рогатая Мона, её глаза были закрыты, она дрыхла сидя.

— Мона. — Позвал я её тихо. От этих слов она проснулась и посмотрела на меня. Я ей даже улыбнулся, хотя сил было совсем мало, и тут же был заключён в удушающие объятия.

— Живой. — Только и сказал она.

— Живой. — Подтвердил я и добавил. — Задушишь, не дави так!

Объятия чуть ослабли, но всё ещё были каменными. Не знал что она такая сильная. Она кузнец, но даже по меркам своей профессии чудовищно сильна. Эти рогатые полны сюрпризов.

Со здешним уровнем медицины можно умереть и от простуды. Меня лечили травяными настоями, что вливали мне в рот пять раз за день. А ещё молитвами и жертвами разумеется. Не послушались меня ваны, стали приносить лягухов в жертву, хорошо что своих а не моих домашних. Два десятка извели пока я трое суток по Хельхейму слонялся.

И главное все уверены что именно принесение жертв и сыграло главную роль! Узнав о моём выздоровлении закатили большой праздник. Доели паучятину, а заодно наварили ядрёного самогона, который здесь очень уважаем. Больше всех радовались лягухи, ведь их перестали сажать на кол и мазать их кислой кровью деревянных идолов за моё здоровье. У каждого свои поводы для радости.

Мона едва не задушила меня своими объятиями, а затем её подвиг повторила рыжая эльфийка. Та душила не так сильно, зато куда дольше, ещё и и придавила меня больного к кровати всем своим не очень большим весом.

То что я пришёл в себя ещё не значило что выздоровел, приходилось есть жиденькую кашку и лежать в кровати ещё три дня, только потом я смог немного ходить. О своих похождениях в ином мире рассказал только Моне, и то по секрету. Она внимательно выслушала рассказ и попросила всё повторить, больше всего её заинтересовала гигантская змея. Что это за создание она мне не сказала, но судя по взгляду я набрал в её глазах ещё пару десятков очков. «Не каждому суждено встретить великого древнего и пережить это», произнесла она загадочно и больше на эту тему говорить не желала.