— Так вот как я сюда попала... Камень с глухим стуком упал на пол, свет погас. В наступившей тишине было слышно, как Терон тяжело дышит. — Значит, — медленно начал Аррион, — ты не просто случайная попаданка. Ты... — Часть уравнения, — закончила за него Лия, поднимая камень и рассматривая его с новым интересом. — И знаешь что, дракончик? Похоже, наш "эксперимент" только что стал гораздо интереснее. Она бросила камень в воздух и поймала его одной рукой, дерзко ухмыляясь: — Ну что, продолжим завтрак? А потом... может, сходим в твою библиотеку? Мне вдруг страшно захотелось почитать про эти самые Врата Мира. Аррион посмотрел на неё, потом на камень, потом снова на неё. В его глазах вспыхнул тот самый огонь — не гнева, а азарта. — Терон, — сказал он, не отрывая взгляда от Лии. — Отмени все мои встречи на сегодня. И... принеси нам самое старое вино в погребе. — Ох, — прошептал советник. — Ох-ох-ох... Но всё же поспешил исполнить приказ, оставляя за спиной странную пару — дракона и девушку из другого мира, которые смотрели друг на друга с одинаковым выражением лица: "Кажется, мы только что нашли нечто гораздо большее, чем ожидали". Глава 5. "Ты опасна для себя" Библиотека замка оказалась местом одновременно потрясающим и разочаровывающим. Лия, устроившись на верхнем ярусе среди груды фолиантов, уже третий час бормотала себе под нос что-то нелестное о систематизации знаний в этом мире. — "Врата Мира", — она швырнула очередную книгу на растущую стопку отвергнутых трудов. — Где-то между "Как приручить василиска" и "Лунные приливы для начинающих". Серьёзно? Это же фундаментальный принцип межпространственных переходов, а не рецепт пирога! Внизу скрипнула дверь. Лия, не отрываясь от текста, крикнула: — Терон, если вы снова принесли это ваше "успокоительное" вино, я вас лично вышвырну в окно! Оно пахнет старыми носками и отчаянием! — Это не Терон, — раздался низкий голос Арриона. Лия высунулась через перила и увидела дракона, стоящего среди хаоса из книг, который она устроила за последние часы. На его лице читалось то самое выражение, с которым учёные смотрят на особенно буйных лабораторных мышей. — О, это ты, — она махнула рукой. — Как раз вовремя. Твои летописи — полный бред. Ни дат, ни источников, ни даже нормального оглавления! Аррион медленно поднял бровь: — Ты провалялась здесь весь день. — И что? — Ты пропустила три приёма пищи. — А, — Лия почесала нос чернильным пером, оставив на лице забавную