— Первый этаж отдан под обслуживающий персонал, — рассказывала неко. — В каждой комнате находится звонок, по сигналу которого немедленно придет или комендант, или свободная горничная. Но горе тому негодяю, который решится сотворить что-нибудь со служанкой! У хумансов практически нет законов, защищающих жизнь и права несвободных работников, тем более, если это зверолюди, но здесь я имею большое влияние на директора. Как вы думаете, герой, какое наказание следует за изнасилование горничной-зверолюдки? — с усмешкой в ледяных глазах спросила меня Шино.

— Думаю, штраф или дисциплинарное взыскание, типа удвоенных заданий? — осторожно ответил, вспоминая молодость. До изнасилований у нас, ясное дело, не доходило, но учитывая местные реалии, я сделал свои выводы. Услышав мои слова, Шино горько рассмеялась.

— Штраф! — воскликнула она. — Штраф! Ричард, теперь я вижу, что вы ничегошеньки не знаете о местных обычаях и нравах! Как вы вообще попали на этот проклятый континент? Нет, молчите! Об этом после. Ф-фух, штраф, надо же!

Внезапно посерьезнев, кошка, понизив тон, огляделась и произнесла:

— Ричард. Милорд. Любой из этих подонков может убить не понравившуюся ему зверодевушку и ему не будет абсолютно ничего! Ничего! Только легкое предупреждение! Может быть, домашний арест в комнате общежития на неделю! Все! — заламывая лапки, сообщила Шино. — Мы все тут рабыни, не более, без каких-либо прав! Единственное, что удерживает местных ублюдков от возращения к привычкам, полученных в городе — ограниченный состав служанок! Если покалечить, вывести из профпригодности или убить кого-то из обслуживающего персонала, то готовить еду, ухаживать за ними, стирать белье будет просто некому! Это и, конечно, моя личная месть, сдерживает похоть и дикий нрав этих свиней, милорд! Но даже это не останавливает их от регулярных изнасилований девушек! Ведь в их глазах — это не хумансы. Полуживотные, не имеющие права голоса. А жалобы и плач только раззадоривает этих сволочей, милорд…

Слушая девушку, я только зубами скрипел от ярости. Заметив мою реакцию, неко поспешила продолжить:

— Не все из них, конечно, плохие, Ричард. Да, у нас хватает извращенцев и негодяев, но все же большинство юношей попадает сюда не по протекции родителей, а благодаря собственному Дару. Двери академии открыты для всех, кто хочет учиться и развивать Дар. Конечно, если у него есть деньги на поступление и обучение. Само собой простолюдинов здесь нет…

— А куда же идут простые люди, обнаружившие талант к магии?

— Церкви, приходские службы, гильдии, сельские ведьмы и знахари, — перечислила Шино. — Все, кто может бесплатно или за мелкую монету обучить крестьян и простой народ простым и безопасным для них вещам. Зажечь очаг щелчком пальцев, а не с использованием дорогих артефактов. Принести воды мановением рук, а не тяжелыми ведрами. Замесить тесто словами, а не усталыми руками. Вот что люди ждут от дара. А если попадаются самородки, дети, в которых не капля Дара, а океан энергии. Те, кто способен нечаянно вызвать ураган или огненный шторм, сразу попадают в военные училища, формируя собой костяк армии Боевых магов Императора.