что пройдёт, но на этот раз «Зомбокиллер» маяться дурью не стал. — Ответ принят. Активирован протокол «Спешка», субпротокол «Беглец», субсубпротокол «Бег с нагрузкой». До активации 5… 4… 3… 2… 1… Я уже начал потихонечку разгоняться, когда в шею кольнуло. И через секунду словно скипидара между булок плеснули. Из ведра. Литров десять. Сверху щедро выдавили финалгон, несколько тюбиков. Потом всё это втёрли наждачной бумагой. Реально, я сейчас мог скачки выигрывать. У племенных лошадей. Взбодрило неимоверно. Я подхватил Айгуль, закинул её на плечо и рванул, как никогда до этой минуты. — За габаритные тяжести ты мне ответишь, — пообещала она с лёгкой обидой. — Обязательно, — пропыхтел я. — В другой раз… Если выживем. Все наши уже давно убежали, но я их в два счёта догнал. И обогнал, как стоячих. Единственно, возникла дилемма. Кого спасать? Джул? Или Аню? По-хорошему, сразу обеих, но Боливар не вынесет ещё двоих. Сдохнет. Да и потом Джул меня на Серого не разменивала, так что решение очевидно. Я вихрем пролетел мимо Кэпа, подцепил за талию мелкую и унёсся вперёд. — Что там? — крикнул он вслед. — Тебе лучше не знать. Догоняйте. На самом деле меня сейчас мало волновала судьба остальных. Ну разве что Ани… И Кэпа… Ну и Ракиты немного. Но у них шансы есть. Мы сейчас как те чукчи из анекдота: чтобы убежать от медведя, надо просто обогнать товарища. Так что пока товарищей много, можно не париться. Хотя языкатые твари могли анекдота не знать. Цинично? Говорил же, что этот мир на меня плохо влияет. Куда бегу, зачем и что буду делать, когда добегу, я не думал. Зачем? Война план покажет. Война показала тупик. Железнодорожный.

Глава 25

Глава 25

Я выскочил на разгрузочную площадку вроде той, где встретился с Джул. Слева высился штабель контейнеров, прямо — на рельсах подъездного пути — стояли вагон и маленькая тележка, справа чернела арка тоннеля. По-хорошему нам туда, но по шпалам я много не набегаю. Ноги сломаю. Тем более под препаратами «Зомбокиллера». Я сгрузил девочек на пол и стал бегать по кругу, чтобы хоть как-то унять жжение в заднице. Хрен знает, что жилет мне вколол, но штука ядрёная — помогала с гарантией. Печёт только сильно. — Охренительно! — воскликнула Джул, едва осмотрелась. — Уточни, охренительно — хорошо или это сарказм? — попросил я, переходя от бега к прыжкам. — Охренительно — охренительно! — пояснила она и перескочила на маленькую тележку. — Айгуль, помогай. От этого не дождёшься. — Это мне вместо спасибо? — спросил я, но мне никто не ответил. Маленькая тележка по факту оказалась чем-то вроде дрезины — самоходной платформой на дизельном ходу. И маленькая она была только по сравнению с вагоном. Мог бы и сам догадаться, если б разбирался в дрезинах и в жопу мне не пекло. Хотя здесь всё не как у нормальных людей. Девочки на пару склонились над постом управления. — Разберётесь? — спросил я, проскакав вдоль платформы приставными шагами. — Алекс, уймись, — рявкнули на меня в два голоса. — А куда ехать, кто-нибудь знает? — проскакал я в обратную сторону. Айгуль не выдержала, засмеялась. — У Кэпа карта есть, разберёмся, — хихикнула Джул и утопила большую красную кнопку. Пронзительно затарахтел пускач, выпустив к потолку струю чёрного дыма, оборвался на верхней ноте… Тут же солидно забухтел главный двигатель. Мы только что обзавелись собственным транспортом. Осталась совсем ерунда: погрузить всех и выяснить, какая максимальная скорость у этой трахомы. Из тоннеля, задыхаясь, вылетел Кэп. Ракита. Человек пять сосновских. Бес с товарищем вынесли Серого. Аня… Следом послышались частые выстрелы. Похоже, нас догоняли. Ну, в смысле не нас — нас, а вообще. Не могу сказать, что меня подвигло, но я ломанулся навстречу. — Алекс! — попыталась меня остановить Айгуль. — Щас вернусь! — крикнул я, помахав ей рукой. — Грузитесь пока. И почему-то был уверен, что сдержу обещание. А что? Бегаю быстро, и ствол у меня самый крутой из имеющихся. Расталкивая голых людей, пробежал метров двести. Там, у поворота тоннеля, сосновские из замыкающих принимали удар на себя. Трое перезаряжались, пытаясь унять дрожь в коленях. Двое лежали в луже крови с откушенными головами. Сверху на трупах распласталась изрешечённая