Глава 6
Новость потрясла разрядом дефибриллятора на максимальной напруге. Бросило в дрожь, дёрнулся глаз, ладони вспотели… Я бы упал, если б не лежал… не висел… да какая уже теперь разница. Это, мать его, не корона, от которой худо-бедно лечили. Сычуаньский вирус! И спасения нет. Я скрежетнул зубами, до боли в суставах сжал кулаки — растерянность уступила место удушающей ярости. До судорог захотелось кого-то избить. Ногами. Кого-то из виноватых. Главврач и члены министерской комиссии на эту роль вполне бы подошли. А лучше запихнуть их всех скопом в МРАК–5 да отправить сюда, чтобы знали, как заказывать абы что абы где… Но хрен ли мечтать о несбыточном — я без пяти минут немёртвый мертвяк. И, что неожиданно, пуля в голову уже не казалась таким уж варварским методом. Иннокентий Петрович недолго понаблюдал за сменой эмоций у меня на лице, деликатно кашлянул и сказал: — Простите, юноша, очевидно, вы меня неправильно поняли. У вас в крови вирус, да, но вы не больны. — Не болен? — вытаращился я, почувствовав, как дышать стало легче, но на деле подумал другое: «Ты не охренел, старый чудак, с такими-то формулировочками⁈ У вас в крови вирус… Не болен! С этого надо было начинать!» — Совершенно, верно. Не болен. И в то же время я в некотором замешательстве… Видите ли, Алексей, — Иннокентий Петрович поморщился и нервно почесал кончик носа, — при таком титре вируса терминальная стадия должна была наступить ещё сутки назад. А у вас даже продромальных симптомов не выявили… что абсолютно не укладывается в рабочую концепцию… — Чего вы несёте, док⁈ — взбеленился я, безуспешно пытаясь вырваться из стазис-поля. — Какая, на хрен, концепция⁈ — Рабочая, — повторил Иннокентий Петрович, не поменявшись в голосе. — Если хотите, могу объяснить. — А давайте, — с вызовом бросил я. — Объяснения будут как нельзя кстати. — Приятно иметь дело с любознательным молодым человеком, — отметил док, выкатил из-под стола стул и уселся рядом со мной, облокотившись о спинку. — Далеко в историю углубляться не буду, остановлюсь на существующем положении вещей. Дело в том, что вирус, хоть и в ничтожных количествах, до сих пор присутствует в воздухе и, естественно, проникает в человеческий организм через слизистые и дыхательные пути. Вместе с тем концентрация вируса ничтожно мала для полноценного развития инфекции. Но одна из особенностей сычуаньского штамма в том, что он имеет свойство накапливаться в селезёнке и до поры никак себя не проявляет. При достижении барьерных значений он активизируется, проникает через