Пацан присматривал за пасущимися коровами и козами, когда к нему подлетели два знакомых хозяйских холопа и стали бить смертным боем. Дальше вы все знаете. Пацана эти холопы убили и сбросили в овраг. В этот момент я и вселился в его тело и сделал все для того, чтобы выжить.

Что творится в лагере переселенцев, я не знаю, собственно, как и что делать дальше. Уходить с этого места — тоже не с руки. Моя крестьянская составляющая на дыбы вставала от одной только мысли, что нужно бросить столько добра и сматываться.

Пока предавался этим мыслям, из-за того же холма, из-за которого ранее прискакал третий холоп, появилось пять всадников. Трое вели за собой по одной, а двое так и по две заводных лошади. Узнал их сразу и понял, что никуда убежать не смогу и не успею. Не успею, потому что они уже слишком близко. А не смогу, потому что узнал их предводителя. Это был один из управляющих боярина, от которого я натерпелся обид за свою короткую жизнь больше, чем от кого бы то ни было. Не один и не два раза хлестали меня розгами по приказу этого ублюдка, и обычно только потому, что я ему не нравился.

Рука сама потянулась к ружью, а тело аккуратно и плавно скользнуло за кромку оврага. Очень удобное здесь место образовалось для стрельбы с упора. Поэтому и решил, что буду отбиваться до последнего, а там — куда кривая выведет.

Первый выстрел сделал, когда до всадников оставалось метров пятьдесят. Это довольно большое расстояние для гладкоствольного ружья, да и для нарезного тоже. Я имею в виду современный огнестрел. Ведь не сбить прицел, когда загорается порох на полке, при том ещё и отвернувшись во время выстрела, чтобы не повредить глаза, — та ещё задача. Тем не менее попал и, слегка передвинувшись в сторону от порохового дыма и попутно сменив ружье на другое, подготовленное к стрельбе, начал выцеливать очередного противника.

Холопы оказались совсем не готовы к бою, потому что после первого выстрела они остановились, а после второго кинулись убегать с криками «засада!». Второй раз я тоже не промахнулся и выбил из седла ещё одного противника. Увидев, что оставшиеся в живых разворачиваются, чтобы убежать, я решил напугать их ещё больше и выстрелил в их сторону из пистолета. Понятно, что не попал, да и не надеялся. Но эти горе-вояки даже заводных лошадей бросили, стараясь сбежать как можно быстрее.

Как только они скрылись за холмом, я схватил в охапку заряженные пистолеты и кинулся к убитым мной последними мужикам. Их вооружение было точно таким же, как у других, и я хотел разжиться дополнительными ружьями. Решил пока обходиться ранее заряженными стволам. Просто пока некогда разбираться, как зарядить это допотопное оружие. Наверняка ведь есть свои нюансы, о которых я пока не знаю, поэтому обойдусь тем, что есть.