Подходящее место нашли только через три дня. Довольно просторная бухта на пустынном берегунадёжно укрыла корабли как от чужих взглядов, так и от возможного шторма. В первую очередь разобрались с невольниками. Развёрнутая среди них агитация, не прекращающаяся все время плавания, принесла свои плоды. Помимо четырёх тысяч человек, изъявивших желание повоевать с османами, ещё полторы тысячи захотели переселяться на наши земли. Как ни странно, но нам повезло получить в свое распоряжение добровольных кораблестроителей. Четыре артели, работавшие на верфях Александрии, были когда-то захвачены османами в Греции и в полном составе перевезены и проданы одному хозяину. Вот эти четыре артели и изъявили желание перебраться жить к нам. Просто их семьи тоже оказались в плену у турок и где они сейчас, один бог знает. Некому их ждать дома, вот и решили начать жизнь с чистого листа.
Очень удивил груз четырёх французских кораблей, ну, или наоборот, не удивил. Они оказались под завязку гружеными оружием и боеприпасами. Это уже второй раз, когда мы перехватываем такие грузы. Я,конечно, слышал в прошлой жизни, что французы много помогали туркам. Но даже не думал, что настолько. Только на этих кораблях мы захватили десять тысяч мушкетов и сорок шестифунтовых пушек. А сколько подобного оружия уже доставили, боюсь даже думать.
Наверное, придётся мне начать охоту за этими любителями лягушек. Как-то не нравится мне такой расклад. Ладно продавать оружие в мирное время, это нормально. Но во время войны помогать одной из сторон, оставаясь нейтральным государством, это как-то подленько. Если бы какие-нибудь непонятки были между нашими державами, так нет, мир и благодать. Непонятно, нафига тогда нужно гадить? Ну, ничего, разберусь со временем и ответочку кину, мало не покажется. Понятно, что эти четыре корабля я включил в состав формирующегося флота. А у нас уже действительно получается флот, притом достаточно нехилый по нынешним временам. Только французские трофеи могут доставить противнику не слабыхпроблем. Если бы мы не застали их со спущенными штанами, то я не один раз подумал бы прежде, чем вступать с ними в бой. Всё-таки один сто пушечный и три восьмидесяти пушечных корабля — это не слабая дубина, при встрече с которой мало не покажется никому. Но ведь французские корабли — это не все взятые нами призы. Александрия оказалась богатой на такие трофеи. Там мы взяли ещё два шестидесяти пушечных парусника, принадлежащие туркам. Кстати,это первые чисто парусные военные корабли, захваченные нами у турок. До этого военные попадались только галеры и иностранные суда,захваченные турками ранее. Так вот, помимо этих двух парусников, мы захватили семь военных галеры. Четыре из них несли по полсотни пушек и три от двадцати до тридцати орудий. Плюсом к этому нам достались двадцать семь больших торговых кораблейи полтора десятка маленьких. Ну как маленьких? Маленькими они казались на фоне больших, а так,нормальные кораблики. Правда, все эти небольшие кораблики ушли невольникам, которые решили уходить от нас самостоятельно. Все большие суда понадобятся нам для перевозки захваченных трофеев. Поэтому, и пришлось отдать маленькие. Хотя,несколько из них нам бы пригодились.