— Нет, есть волосы.

— Их тоже испачкай. Как и лицо с руками. А теперь слушай меня внимательно. Всего несколько человек знают, что я здесь. Никому эти коридоры особо не нужны, но если пойдет слух, что здесь живет слепая старуха и выращивает растения… Сюда точно кто-то наведается, чтобы забрать всё ценное. Было бы ещё это ценное… Жизнь человека на кольцевой ничего не стоит. Меня убьют. А потом убьют тебя. Я делаю важную работу, но важна она только для моего покровителя. Ему очень не понравится, если дело остановится. Поверь, он быстро узнает, кто причастен к моей смерти и откуда пошли слухи. Я не пугаю тебя, парень. Смерть давно не страшит меня. Но знай, что если ты слаб на язык, это приведет нас обоих к гибели.

— Я никому не скажу, кто мне помог, — заверил Ша, — Но что мне говорить? Меня долго не было.

— Говори часть правды. Что упал в воду, что оказался неизвестно где, что питался грибами, что убил пару мясодеров. Это дело не хитрое, если есть оружие.

— Но у меня нет оружия.

— Тогда надейся, что расспрашивать не будут. Думаю, никто не поверит, что ты убил мясодеров. Но вранье поможет скрыть то, что нам нужно. В крайнем случае расскажешь, что с тобой поделились едой какие-то люди и заставили отработать. Будут спрашивать подробности — молчи и делай вид, что тебе стыдно.

Если это план, то крайне сомнительный. Но сказал я совсем другое.

— Спасибо вам. Я смогу вернуться, если что?

— Не знаю. Карту запомнил? Общее направление? Тогда идем.

Непонятно, зачем старуха показала карту, если рассказала, как выбраться. Да и не особо я понял, что на ней изображено. Слишком уж схематическая картинка. Единственное, что заметил — тут хватает наслоения переходов и заблудиться проще простого.

Меня привели в ещё один коридор, который закончился железной дверью. Мы здесь уже проходили, когда я мешки таскал. Теперь понятно… Старуха живет в месте, огороженном от остальных. Абы кто сюда не попадет, даже если решит пройтись по темным тоннелям. Но если целенаправленно задаться целью пробиться, то получится. Надо всего лишь взять с собой подходящий инструмент.

— Тебе вон туда, — указала она безошибочно рукой направление. — Насчет вернуться… А оно тебе надо, парень? Если только захочешь расплатиться или придумаешь, что делать с растениями. Но сомнительно это. У молодого парня в этом городе нет шансов заработать. Да и у взрослых мужиков тоже…

— Я всё равно постараюсь вернуть долг, — сказал я, чувствуя, как дрогнул голос. Старуха оказалась необычайно щедра, думая, что я больше не вернусь.

— Как знаешь. Если пойдешь сюда, то убедись, что за тобой не следят. Как убедишься, приди и постучи. Буду жива — открою.